Read in English
Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4.33)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Павел Шариков

К.полит.н., ведущий научный сотрудник Института Европы РАН, эксперт РСМД

Про современный кризис российско-американских отношений уже сказано и написано немало. Эскалация конфликта, сопровождавшаяся санкциями, пропагандой и взаимными обвинениями, происходила в течение двухлетнего периода турбулентности. Можно констатировать, что ожидания резкой перемены курса в отношении Москвы, связанные с приходом к власти в США администрации Дональда Трампа, не оправдались.

Про современный кризис российско-американских отношений уже сказано и написано немало. Эскалация конфликта, сопровождавшаяся санкциями, пропагандой и взаимными обвинениями, происходила в течение двухлетнего периода турбулентности. Можно констатировать, что ожидания резкой перемены курса в отношении Москвы, связанные с приходом к власти в США администрации Дональда Трампа, не оправдались.

Низшая точка позади?

Необходимость улучшения российско-американских отношений не вызывает сомнений по обе стороны Атлантики, равно как и то, что дальнейшее усугубление сложившегося кризиса бессмысленно, бесперспективно и даже опасно. При этом, судя по всему, у Д. Трампа нет видения того, как улучшить отношения с Москвой. За два месяца пребывания у власти президент решительно взялся за реализацию многих своих предвыборных обещаний — строительства стены на границе с Мексикой, введения запрета на въезд мусульманам, попытку отмены Obamacare. В то же время не было сделано ни одного сколько-нибудь значительного шага в отношении России. Это говорит о том, что в Белом доме ведется разработка стратегии отношений с Москвой, но идёт она очень тяжело. Перестановки в Совете по национальной безопасности явно не способствуют этой работе, да и назначение Х. Макмастера на должность помощника по национальной безопасности вместо М. Флинна вряд ли оправдает надежды Кремля.

Еще до эпизода с бомбардировкой сирийской базы Хомс можно было предполагать, что худшее в российско-американских отношениях уже позади, тем не менее эскалация продолжается.

Именно сейчас важно задуматься о том, какие отношения между США и Россией можно назвать хорошими. Если допустить, что администрация Д. Трампа намерена в ближайшее время совместными усилиями разгромить «Исламское государство», признать легитимность крымского референдума, разрешить конфликт на Донбассе и снять все санкции (что само по себе крайне маловероятно), мы вернемся к ситуации конца 2013 – начала 2014 гг., из которой мы и попали в нынешний кризис. Поэтому очевидно, что состояние отношений того времени хорошим назвать нельзя. Необходимо что-то еще, но что именно?

Рассуждать на эту тему важно и нужно. Поняв, чем характеризуются хорошие двусторонние отношения, можно будет поставить задачи и цели и работать над их исполнением, предлагать американским партнерам конкретные решения и пытаться их реализовать.

Курс на улучшение

Существуют несколько мнений относительно хорошего качества двусторонних связей, каждое из которых в определенной степени можно применить в желаемой модели российско-американских отношений. При этом сразу стоит отметить, что сравнивать модель (слово «модель» в данном контексте употребляется в значении непереводимого на русский язык понятия pattern) хороших двусторонних отношений между странами с общей историей и культурой бессмысленно, как, например, российско-белорусские или американо-британские.

Есть мнение, что усиление экономической взаимозависимости преодолеет политические противоречия и привнесет элемент стабильности в отношения.

Тем не менее даже в случае России тесная торгово-экономическая взаимозависимость со странами СНГ не повлияла на появление недавно проблем с Беларусью, не говоря уже о трудностях в отношениях с Украиной или Грузией в последние годы.

Двусторонние связи США и Китая характеризуются очень высокой степенью экономической взаимозависимости. Китайские товары составляют 22% всего американского импорта (1; 2). На Китай приходится 1 трлн долл. из 6 трлн долл. американского внешнего долга. Более того, в XXI в. Китай намного больше походит на роль антагониста Соединенным Штатам в мировом масштабе, учитывая коммунистическую идеологию и почти что сопоставимый с американским ВВП. При этом американо-китайские отношения едва ли можно назвать хорошими, а их модель вряд ли стоит брать за идеал, к которому стоит стремиться в российско-американских отношениях.

К тому же экономическая взаимозависимость, учитывая неравные экономические потенциалы России и США, очевидно, будет асимметричной, и Россия будет намного более зависима от Соединенных Штатов, чем они от России.

Существует и другое мнение — наличие общего врага, например в лице террористической угрозы, усилит сотрудничество в области безопасности и обеспечит стабильность в отношениях.

Вместе с тем существует большая разница между ведением войны против терроризма и победой в войне против него. Войну можно вести бесконечно долго без видимых успехов. Если условно сравнить ИГ с фашистской Германией, то сегодня отношения России и западных партнеров намного менее интенсивные, чем союзнические отношения стран во время Второй мировой войны. Ведь военный союз — это наивысшая степень доверия, в каком-то смысле наилучшая модель двусторонних дипломатических отношений. При этом менее чем через два года после победы над Гитлером СССР и Запад оказались в состоянии холодной войны, и недавнее военное союзничество не стало тому помехой.

В случае победы над ИГ Россия и США рискуют снова оказаться в условиях отсутствия общего врага, что может спровоцировать новую волну усиления политических противоречий. К тому же победа над терроризмом вряд ли снимет остальные проблемы текущей повестки дня.

Другой контраргумент — американо-турецкие отношения. США и Турция имеют статус военных союзников в рамках НАТО, но это, однако, не сглаживает политические противоречия между Анкарой и Вашингтоном. Текущее обострение отношений не связано с личностью и политикой Д. Трампа, так как началось задолго до его прихода к власти.

Еще одно мнение заключается в том, что добрые личные отношения между лидерами будут способствовать улучшению двусторонних отношений. Такой вариант не оправдал себя ни с одной парой советских/российских и американских лидеров. Личные отношения Д. Медведева и Б. Обамы, В. Путина и Дж. Буша-младшего, Б. Ельцина и У. Клинтона, М. Горбачева и Р. Рейгана, Л. Брежнева и Р. Никсона, Н. Хрущева и Д. Кеннеди, В. Сталина и Ф.Д. Рузвельта можно было назвать хорошими, тем не менее они не привели к существенным изменениям в двусторонних отношениях.

Ещё один тезис основан на утверждении, что интенсификация взаимодействия между гражданским обществом двух стран обеспечит стабильные политические двусторонние отношения. К тому же современный набор инструментов публичной и цифровой дипломатии открывает гражданскому обществу колоссальные возможности взаимодействия в международной среде вопреки позиции руководства страны.

Twitter/@WhiteHouse
Иван Тимофеев:
Россия — США: стабильное сдерживание?

Измерить количественными показателями взаимодействие гражданского общества двух стран практически невозможно. Для того чтобы иметь сопоставимые данные, можно оттолкнуться от информации о финансировании иновещания в других странах. В финансовых документах Государственного департамента статья расходов на публичную дипломатию содержит данные о затратах на иновещание. На первом месте в 2015 г. был Афганистан, где Государственный департамент потратил на указанные цели 65 млн долл. Американо-афганская модель двусторонних отношения мало применима для России.

Расходы США на иновещание в России в десять раз меньше: Россия занимает 11 место после Индонезии и Мексики. Расходы России на иновещание в США найти сложнее, но очевидно, что Russia Today в Вашингтоне вызывает практически аналогичное неприятие, что и Voice of America в Москве. Разумеется, публичная дипломатия не ограничивается иновещанием, но даже на этом примере понятно, что наметилось информационное противостояние диаметрально противоположных позиций. К публичной дипломатии стоит также отнести образовательные обмены, научное сотрудничество, культурное взаимодействие и другие контакты, находящиеся вне сферы политики. Измерить их количество и качество для сопоставления с другими странами практически невозможно.

Сосредоточимся на положительном

Несмотря на то, что выше представлены далеко не все аспекты двусторонних связей, напрашивается вывод о том, что «модели (pattern) хороших двусторонних отношений с Соединенными Штатами» не существует как таковой. Для каждого отдельного государства применяется индивидуальный подход, состоящий из комплекса экономических, политических и других факторов. Если модели все-таки не существует, то это лишь усложняет задачу улучшения российско-американских отношений.

Вместе с тем все эти размышления наводят на другие вопросы: в какой период российско-американских отношений после распада СССР была положительная динамика? Ну и, пожалуй, самый сложный вопрос — в чем причина текущего кризиса? Ответ на него даст ключ к разрешению проблемы.

Осмелюсь высказать гипотезу относительно того, в чем заключаются причины наступившего кризиса в отношениях России с Западом и многих внешних и внутренних проблем России. Этот тезис ни в коем случае нельзя назвать ключевым, он лишь дополняет мудрые мысли других экспертов-международников.

Проблема заключается в том, что большинство россиян и в первую очередь руководство России убеждены в том, что понятие права тождественно законодательству. Идеализация законотворчества создаёт иллюзию того, что разработка и принятие юридических норм решит накопившиеся проблемы. На самом деле, на фоне беспрецедентной законотворческой деятельности во внутренней и внешней политике, развернувшейся в России в последние годы, формальное соответствие писаным нормам лишь усиливает отрыв от реалий повседневной̆ жизни.

Доказательств этого тезиса во внутренней политике более чем достаточно. Но в условиях глобализации и интенсификации международных отношений данная установка столкнулась с западным правопониманием и, соответственно, дала результат в виде кризиса отношений на фоне прочих противоречий.

С формальной точки зрения претензии Запада к России безосновательны. При этом несоответствие содержания юридических документов реальности вызывает раздражение западных стран. Бесспорно, Соединенные Штаты и Запад совершали ошибки и давали немало поводов для критики в последние десятилетия. Но сегодня на глобальное лидерство Запада покушаются лишь радикальные акторы современных международных отношений, вроде террористических организаций или военно-политического руководства КНДР. Ни идеология, ни внешнеполитическая стратегия современной России с учетом всех нюансов не являются радикальными. Более того, времена глобального идеологического противоборства двух несовместимых друг с другом социально-экономических систем остались в прошлом после распада Советского Союза. Перед Россией не стоит задачи противостоять Западу. Более того, кажется, будто сейчас Россия идеологически намного ближе к Западу, чем Россия при Б. Ельцине и тем более во времена Советского Союза. И несмотря ни на что, кризис в отношениях произошел и продолжается. Он возник скорее в нарушение сложившихся порядков биполярного/постбиполярного миропорядка, а соответственно, отражает начало новой эпохи.

Детальный анализ причин кризиса и формулирование национальных интересов России в условиях глобализации и формирования беспрецедентного полицентричного мира — уникальная сложнейшая задача, критически важная для улучшения отношений между Россией и США и Западом в целом. Изложенные выше размышления ни в коем случае не умаляют необходимости и актуальности совместных действий по стабилизации ситуации в Украине, борьбе против терроризма, укрепления экономического сотрудничества, интенсификации взаимодействия на уровне гражданского общества посредством технологий публичной дипломатии и развития личных дружеских отношений между руководством. Вместе с тем по обе стороны Атлантики необходимо понимать, что работа по этим направлениям должна носить взаимный характер. Несмотря на то, что даже успешная реализация задач в рамках этих направлений не гарантирует хороших двусторонних отношений, у России и США нет оснований для вражды.

Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4.33)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Теги
США, Россия

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся