Распечатать
Регион: Россия
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Михаил Федотов

Советник президента Российской Федерации, председатель Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, член РСМД

Председатель Совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов призвал срочно задуматься о том, как грамотно регулировать интернет в преддверии перемен, связанных с грядущей раздачей онлайн-трафика из космоса. "Огонек" выяснял детали.

Председатель Совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов призвал срочно задуматься о том, как грамотно регулировать интернет в преддверии перемен, связанных с грядущей раздачей онлайн-трафика из космоса. "Огонек" выяснял детали

— Михаил Александрович, как вас понимать: трансграничность интернета — угроза нынешнему миропорядку?

— Это примерно то же самое, что спросить: а было ли угрозой миропорядку XV века изобретение книгопечатания? Но точно одно: мир стал другим после изобретения Гутенберга. А мы сегодня живем в эпоху не Гутенберга, а в эпоху Цукерберга. Конечно, трансграничный интернет меняет наш офлайн-мир и его восприятие людьми. Мы невольно оказываемся на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Интернет — это такое же всемирное наследие, как памятники культуры и истории. Так что для его охраны и нормального функционирования срочно требуется международная конвенция по типу тех, что существуют сегодня по использованию Антарктики или Космоса. В случае ее принятия нормы и правила в онлайне будут всеобщими, а решать проблемы станет проще. При этом важно, чтобы такая интернет-конвенция исходила бы из тех же принципов права, что существует и вне его просторов. Иными словами, то, что запрещено в офлайне, должно быть запрещено и в онлайне (терроризм, ущемление прав человека и т.д.).

— Но законы у разных стран разные, понимание того, что подсудно, а что нет, тоже. Как в такой ситуации найти общий язык для регулирования интернет-среды?

— Следует положиться на опыт, накопленный в сфере международного права, где за века научились приходить к консенсусу там, где, казалось бы, общей платформы и быть не может. И многие проблемы и конфликтные ситуации уже урегулированы. Приняты же были пакты о правах человека, несмотря ни на какие разногласия! Значит, можно находить решения, под которыми подпишется большинство. Конечно, не обойдется без стран-изгоев, но как же без них? Но эти "дыры" в Сети не станут глобальными "прорехами", если объединенные усилия большинства стран приведут к выработке общих правил, а потом и к наведению порядка на просторах интернета. И тогда в виртуальном океане станет невозможно затеряться.

— А как же анонимность?

— Вслед за трансграничностью анонимность — второе органичное свойство интернета. Ведь в Сети взаимодействуют не люди, а компьютеры, и кто за ними стоит, неочевидно. Попытки властей вывести пользователей "из тени", затребовав, например, приобретение сим-карты исключительно "по паспортам", решает лишь часть задачи: купленной по всем правилам сим-картой может воспользоваться кто угодно — ее могут потерять, украсть или передать... Решить проблему анонимности помогло бы то же международно-правовое регулирование. Например, введение в странах — участницах конвенции "презумпции виновности" для собственника сим-карты. Примерно так, как сегодня устроено в КоАП России в отношении дорожного правонарушения, зафиксированного видеокамерой, когда за него отвечает владелец автомобиля, если он не докажет, что не был за рулем в тот момент. Притом что трансграничность — это одно из свойств интернета, внутри каждой страны можно регулировать Сеть: через провайдеров, которые, правда, не более чем операторы связи, а они вскоре могут и потерять свою нишу.

— Вы верите в возможность "отделения" рунета?

— Нет, потому что это бессмысленно. Это все равно, как если бы у вас был океан и вы могли строить корабли и плавать в любую точку света, но вместо этого огородили участок буйками и не выходите за его пределы. Самоизоляция ничего хорошего не приносит. Согласен, что проблема возможного сегментирования интернета существует, но я надеюсь, что ее удастся преодолеть.

— А где в Сети проходят границы суверенитета и юрисдикции такого государства, как Россия?

— В интернете границ нет, там — доменные зоны, которые не привязаны к национальным границам. Мы легко переходим из зоны "ru" в "info" или "com". Выделением доменных имен занимается американская некоммерческая организация ICANN, так что роль государства тут минимальна. Чтобы государство обрело в интернете свои границы, оно должно как минимум принять решение, где оно их видит, а максимум — добиться того, чтобы с таким решением согласились другие страны. Опять-таки нужно международное регулирование! К сожалению, Россия не слишком активно работает в этом направлении. Более того, наша страна сначала присоединилась к Европейской конвенции о киберпреступности, а потом из нее вышла. На мой взгляд, это была ошибка и надо бы вернуться в Конвенцию, потому что только будучи членом клуба мы сможем убеждать в необходимости совершенствовать ее текст, и многие вопросы с блокировкой экстремистских и террористических сайтов по всему миру решались бы проще. Конвенцию подписали страны ЕС, США, Япония и т.д. Россия же только сторонний наблюдатель. Но чем дольше мы тянем, тем меньше шансов успеть до того, как будут потеряны единственные на сегодняшний день рычаги воздействия в Сети. Как только сбудется то, о чем лично я предупреждал еще в 1998 году в проектном сценарии "Информационный прорыв", где шла речь о создании "облака" микроспутников, которые смогут раздавать интернет напрямую из космоса, контроль Сети через провайдеров станет невозможен. Блокировки сайтов станут бессмысленны. Они и сейчас частично бессмысленны.

— Можно подробнее?

— Например, значительную часть сайтов с детской порнографией создают в России, где за это, как известно, предусмотрена уголовная ответственность. Но что делают наши правоохранители? Они просто блокируют такие сайты на радость их владельцам. Почему? Да потому что в этом случае искать владельцев никто не будет (заблокировали и гора с плеч), а богатенькие пользователи таких сайтов из других стран активно просматривают такой контент (для них блокировка не действует), и денежки текут рекой.

— Так что, не надо блокировать?

— И это тоже необходимо, но прежде всего нужно искать и привлекать к уголовной ответственности создателей порносайтов, не думая, что решили вопрос малой кровью — заблокировали и хватит. А что будет, когда тот же Google запустит обещанную спутниковую группировку на низких орбитах и интернет будут раздавать напрямую пользователям? Надобность в провайдерах в значительной степени отпадет, а значит, исчезнет и единственный на сегодняшний день способ действенного контроля сайтов. И пока система такой интернет-раздачи не заработала, нужно подготовиться — создать международную правовую базу для регулирования Сети. Международное право потребуется и для соцсетей. Впрочем, и сегодня есть тот, кто мог бы организовать такое регулирование.

— Вы о Цукерберге?

— Не только. У каждой соцсети есть некое юридическое лицо, которое находится под юрисдикцией какого-то государства, как администраторы Facebook или Twitter. И государство вполне может уже сегодня наладить нужное ему регулирование в соцсетях через воздействие на юрлиц, которые управляют соцсетями. Власти же с упорством, достойным лучшего применения, пытаются воздействовать на Сеть с помощью запретов. Не самый оптимальный способ регулирования. Лично я, обнаружив в интернет-каналах Telegram экстремистский контент — рецепты приготовления "коктейля Молотова" или как организовать крушение поезда, собрать дымовую шашку в домашних условиях и т.п.,— обратился напрямую к создателю мессенджера Павлу Дурову с просьбой заблокировать несколько телеграмм-каналов с таким содержанием. Он откликнулся, попросив прислать их список. Я отослал, теперь жду реакции. Если он их заблокирует, то мы будем знать, что проблема решается через саморегулирование, а не посредством блокировки всего мессенджера. Проблема в том, что в Сети из-за трансграничности и анонимности крайне трудно определиться с местом правонарушения. Хорошо, если можно точно идентифицировать, на каком сервере была выложена та или иная запрещенная информация, а если нет? У нас пока ни законодатель, ни правоприменитель об этом не думают. Но это мина замедленного действия, и она непременно сработает уже очень скоро.

— Может, потому многие государства используют Сеть прежде всего для слежки за своими гражданами?

— Даже если государство не будет следить за интернетом, он сам будет следить за пользователем. Посмотрите, как работают программы, мониторящие поведение пользователя для показа ему таргетированной рекламы! В свое время мы с профессором Астамуром Тедеевым предлагали принять закон об основных принципах правового регулирования деятельности в интернете, где детально прописать, что государство может запрещать и регулировать, а что — нет. Ведь интернет — не СМИ, он — среда, а не средство воздействия. Интернет — новая сфера жизнедеятельности человека. А посему особенно важно, чтобы она регулировалась правом, а не запретами и блокировками.

— Действие любой правовой нормы определяется в трех плоскостях: в пространстве, во времени и по кругу лиц. С интернетом такое возможно?

— По всем трем плоскостям с интернетом выходит незадача: по кругу лиц определить что-либо затруднительно из-за анонимности, ориентации в пространстве мешает трансграничность. Ситуация изменится только после того, как страны договорятся между собой, где проходят "интернет-границы" национальных юрисдикций. Сейчас же некоторые страны убеждают всех в том, что их правовое регулирование распространяется на весь мир, не замечая, что уже одно такое утверждение — вмешательство в дела других стран.

— А какова в этой новой среде роль соцсетей?

— "Киберстраны", представляющие собой относительно устойчивые сообщества в Сети, в том числе и прежде всего соцсети, конечно, не совпадают с границами существующих государств. И эти сообщества становятся все более и более влиятельными. Я убежден, что интернет потихоньку похоронит традиционные политические партии, а интернет-демократия сменит парламентскую. И в этом есть великий смысл. Потому что человеку для участия в делах государства не нужно идти на выборы или ехать за сотню километров — он может сам участвовать во всех процессах. Чем-то сродни прямой демократии античных Афин, с той лишь разницей, что граждан не пара тысяч человек, а десятки и сотни миллионов, а вся общественная деятельность ведется в виртуальном пространстве. Именно здесь возникают параллельные государства, со своими законами, налогами, деньгами. Уже сейчас реальностью становится интернет-правосудие, которое я предсказал еще 1980 году. Чем дальше, тем больше государство и интернет существуют как бы в параллельных мирах.

— Это значит, что им никогда не пересечься?

— Но единые правила игры выработать можно и должно. Ведь и разойтись они тоже не могут!

Источник: Огонёк

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся