Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 7, Рейтинг: 5)
 (7 голосов)
Поделиться статьей
Татьяна Канунникова

Выпускница факультета журналистики МГИМО МИД России, экономический обозреватель

Колонка автора: Киберколонка

Сторонники экстремистских и террористических группировок активно используют существующие интернет-площадки и сервисы (или создают свои собственные) для вербовки новых членов по всему миру. Простота доступа к интернет-сервисам способствует росту угроз безопасности, которые становятся все более непредсказуемыми. В чем причина убедительности экстремистского контента в Интернете? Для ответа на этот вопрос необходимо лучше понять природу как самих сообщений, так и онлайн-площадок, на которых они размещаются.

Убедительность контента (сообщений) обеспечивается презентацией и структурированием. Эффективная экстремистская пропаганда обычно содержит послания, характеризующиеся простотой для понимания и запоминания, неожиданностью (что-то, к чему аудитория подсознательно не была готова), конкретностью (сообщение предельно близко по содержанию для целевой аудитории), правдоподобностью, определенной степенью эмоциональности и, наконец, такое послание обязательно должно включать запоминающуюся историю.

Хотя органы безопасности уделяют значительное внимание отслеживанию экстремистского контента в Сети, многие аналитики полагают, что научным сообществом недостаточно изучены причины убедительности онлайн-пропаганды радикальных идей. Особенности экстремистской деятельности в Интернете обсудили 20–21 августа 2018 г. в Амстердаме эксперты на конференции Vox-Pol.

Доктор Маура Конвей, профессор Ирландского национального университета в Голуэе, выступившая координатором конференции Vox-Pol, отмечает, что на сегодняшний день проведенные исследования в основном были сосредоточены непосредственно на экстремистском контенте, а не на его производителях, потребителях или способах распространения.

В своей работе эксперт выдвинула шесть предложений для выстраивания эффективной контртеррористической стратегии. Во-первых, область исследований должна быть расширена за пределы идеологии джихадизма и включить в себя онлайн-деятельность старых террористических организаций, ультраправых группировок и многих других. Такой сравнительный анализ необходим для поиска отличий, схожих черт и, главное, общего понимания процессов. В этом плане особую ценность представляют сайты ультраправых группировок (Stormfront), поскольку их онлайн-активность началась с самых первых дней существования Интернета в 1980-х гг. Кроме того, у ультраправых богатая история насилия, что важно для сравнительного анализа. Во-вторых, стоит проводить сравнение различных категорий. В первую очередь это организации, страны, языки и онлайн-площадки. Например, сегодня многие исследователи и журналисты ограничиваются изучением активности ИГ, тогда как в мире действуют множество других исламистских группировок.

В-третьих, необходимо углублять исследования, обращаясь не только ко вторичным, но и к первичным источникам. В этом смысле полезным будет интервьюирование производителя или потребителя экстремистского онлайн-контента, бывшего джихадиста. Четвертое предложение профессора заключается в идеи масштабирования, то есть анализа больших объемов информации. Для это необходимо либо сотрудничать с программистами, либо осуществлять анализ электронных данных самостоятельно, например, используя программу визуализации данных Gephi. Другой вариант — создавать архивы экстремистского контента, как это сделал Университет Аризоны, основавший портал форумов Даркнета на основе 13 млн публикаций с 28 джихадистских сайтов. Еще один вариант — прибегнуть к услугам брокеров данных соцсетей, например, Gnip или DataSift. Пятое предложение — изучать не только экстремизм, но и собственно Интернет, взаимодействуя со специалистами из области компьютерной лингвистики, информатики и т.д. И, наконец, шестое — изучать гендерный аспект онлайн-экстремизма.


Сторонники экстремистских и террористических группировок активно используют существующие интернет-площадки и сервисы (или создают свои собственные) для вербовки новых членов по всему миру. Простота доступа к интернет-сервисам способствует росту угроз безопасности, которые становятся все более непредсказуемыми. В чем причина убедительности экстремистского контента в Интернете? Для ответа на этот вопрос необходимо лучше понять природу как самих сообщений, так и онлайн-площадок, на которых они размещаются.

Убедительность контента (сообщений) обеспечивается презентацией и структурированием. Эффективная экстремистская пропаганда обычно содержит послания, характеризующиеся простотой для понимания и запоминания, неожиданностью (что-то, к чему аудитория подсознательно не была готова), конкретностью (сообщение предельно близко по содержанию для целевой аудитории), правдоподобностью, определенной степенью эмоциональности и, наконец, такое послание обязательно должно включать запоминающуюся историю.

Между тем нельзя забывать, что интернет-аудитория самостоятельно выбирает, какие сообщения читать и как их интерпретировать. В этом контексте важна среда, в которой распространяется экстремистская пропаганда. Увидев такое сообщение, один пользователь останется равнодушным, у другого оно вызовет отвращение, а третий заинтересуется и захочет подробнее изучить вопрос. И вот здесь экстремисты прибегают к таким приемам, как публикация дополнительных материалов — видеосюжетов, иллюстраций и другого контента, который закрепляет послание, заложенное в сообщении.

Играют роль технические аспекты: удобство навигации и поиска на площадке, частота обновления сайта экстремистским контентом (предпочтение отдается Twitter), размещение ссылок на «авторитетные» мнения — например, видеосюжеты с Усама бен Ладеном, а также создание ощущения анонимности и безопасности пользователей. Отдельно стоит отметить практику использования интерактивной связи (форумы, анкеты, доски объявлений), которая помогает формировать нужную социальную среду и ассимилировать в нее новых членов.

Тем не менее, хотя органы безопасности уделяют значительное внимание отслеживанию экстремистского контента в Сети, многие аналитики полагают, что научным сообществом недостаточно изучены причины убедительности онлайн-пропаганды радикальных идей (1, 2). Особенности экстремистской деятельности в Интернете обсудили 20–21 августа 2018 г. в Амстердаме эксперты на конференции Vox-Pol. Мероприятие было посвящено широкому кругу вопросов, связанных с текущими и будущими тенденциями в области взаимопроникновения терроризма, экстремизма и интернет-технологий — радикализация и вербовка в сети, специфика обучающих террористической деятельности онлайн-инструкций, роль женщин, детей и молодежи, отношение широкой общественности к экстремистским сообщениями в Интернете и многое другое.

Доктор Маура Конвей, профессор Ирландского национального университета в Голуэе, выступила координатором конференции Vox-Pol. В область научных интересов профессора Конвей входит разработка теории кибертерроризма, его описание, а также изучение эффективности работы онлайн-площадок, используемых террористами и экстремистами. В своей работе 2017 г. под названием «Определение роли Интернета в деятельности насильственного экстремизма и терроризма: 6 предложений по развитию исследований» эксперт обращает внимание на ряд аспектов, которые до сих пор еще не были изучены должным образом.

Конвей отмечает, что на сегодняшний день проведенные исследования в основном были сосредоточены непосредственно на экстремистском контенте, а не на его производителях, потребителях или способах распространения. Эксперт предлагает исследователям ответить на два ключевых вопроса: может ли интерактивное взаимодействие и потребление экстремистского онлайн-контента привести к радикализации индивида; если это происходит, то какова специфика этих процессов? Например, зависит ли роль Интернета в процессе радикализации от идеологии пользователей, их местонахождения, близости к зонам конфликтов, пола, типа сетевой активности, предпочтения той или иной интернет-площадки и других факторов? Профессор подчеркивает, что политикам и руководителям служб безопасности недостаточно просто признавать факт онлайн-радикализации, способной привести к насильственным действиям. Без понимания того, как это происходит, разработать эффективную контртеррористическую стратегию невозможно. Вместо того чтобы «оптом» удалять экстремистский контент, надо действовать целенаправленно на основе соответствующих исследований.

В этой связи Маура Конвей выдвинула шесть предложений. Во-первых, область исследований должна быть расширена за пределы идеологии джихадизма и включить в себя онлайн-деятельность старых террористических организаций, ультраправых группировок и многих других. Такой сравнительный анализ необходим для поиска отличий, схожих черт и, главное, общего понимания процессов. В этом плане особую ценность представляют сайты ультраправых группировок (Stormfront), поскольку их онлайн-активность началась с самых первых дней существования Интернета в 1980-х гг. Кроме того, у ультраправых богатая история насилия, что важно для сравнительного анализа. Во-вторых, стоит проводить сравнение различных категорий. В первую очередь это организации, страны, языки и онлайн-площадки. Например, сегодня многие исследователи и журналисты ограничиваются изучением активности ИГ, тогда как в мире действуют множество других исламистских группировок.

В-третьих, необходимо углублять исследования, обращаясь не только ко вторичным, но и к первичным источникам. В этом смысле полезным будет интервьюирование производителя или потребителя экстремистского онлайн-контента, бывшего джихадиста. Четвертое предложение профессора заключается в идеи масштабирования, то есть анализа больших объемов информации. Для это необходимо либо сотрудничать с программистами, либо осуществлять анализ электронных данных самостоятельно, например, используя программу визуализации данных Gephi. Другой вариант — создавать архивы экстремистского контента, как это сделал Университет Аризоны, основавший портал форумов Даркнета на основе 13 млн публикаций с 28 джихадистских сайтов. Еще один вариант — прибегнуть к услугам брокеров данных соцсетей, например, Gnip или DataSift. Пятое предложение — изучать не только экстремизм, но и собственно Интернет, взаимодействуя со специалистами из области компьютерной лингвистики, информатики и т.д. И, наконец, шестое — изучать гендерный аспект онлайн-экстремизма.

Дискуссии ведущих экспертов в области онлайн-экстремизма на конференции Vox-Pol в Амстердаме

Клаудия Карвальо

Одна из участников конференции Vox-Pol в Амстердаме, Клаудия Карвальо, PhD, исследователь Тилбургского университета в Нидерландах, в интервью для сайта РСМД рассказала о ключевых вопросах, которые освещались на мероприятии.

— Клаудия, Вы занимаетесь исследованиями экстремизма и терроризма. Расскажите пожалуйста о предмете Ваших исследований

— Поскольку я писала диссертацию, которая посвящена испано-говорящим женщинам, вовлеченным в распространение джихадистской идеологии в соцсети Facebook, я стала принимать участие в международных и национальных конференциях по онлайн-активности джихадистов, гендерным вопросам и борьбе с терроризмом. А начиная с 2015 г. я регулярно участвую в работе конференции Vox-Pol.EU.

В сентябре 2017 г. по предложению Европейского парламента я подготовила доклад об онлайн-радикализации испанских женщин. А в июне 2018 г. я защитила диссертацию под названием «Женщины, которые бегут с волками — истории в Интернете и роль испаноязычных женщин-джихадистов» в Тилбургском университете в Нидерландах. Основные проблемы, которые я исследую — это гендерный аспект джихадизма, онлайн-джихадизм (Facebook) и джихадистские сообщества.

— Чему была посвящена конференция Vox-Pol в Амстердаме?

— Конференция Vox-Pol в Амстердаме была посвящена обсуждению углубленных и передовых исследований по взаимопересечению насильственного экстремизма и/или терроризма и Интернета. Главным докладчиком на этом мероприятии была Мина аль-Лами, редактор рубрики о джихадизме на BBC Monitoring, где ежедневно публикуются новости и аналитика по текущим событиям, тенденциям, онлайн-профилям и платформам, связанным с деятельностью джихадистов. Нам также выпала честь принять участие в круглом столе c Дж. М. Бергером, автором книги «Экстремизм» (MIT Press), Адамом Хэдли (Tech Against Terrorism), Эрин Солтман (менеджер по политическим вопросам Facebook) и Питером Ван Остайеном (Лёвенский Католический Университет).

В центре внимания конференции были различные типы идеологий насильственного экстремизма (в частности, ультраправые группировки), а также способы борьбы с ИГ в цифровом пространстве (Сурадж Лахани), расширение предмета исследований на другие, менее изученные социальные сети, повышение интереса к гендерным аспектам исследований (Элизабет Пирсон), проведение сравнительных исследований, включающих различные регионы, языки и общественно-политические контексты (Айше Локманоглу), развитие теории «одиноких волков» (Пол Гилл) и введение исторических перспектив (Питер Наннинга).

— Какие технологии и методы считаются наиболее эффективными при борьбе с экстремизмом и терроризмом в Интернете?

— Что касается технологий и решений при ведении контртеррористической деятельности, необходимо и дальше прикладывать усилия для развития международного сотрудничества между компаниями, работающими в сфере информационных технологий (независимо от их размера и охвата аудитории), правительствами, университетами и НКО. Прежде всего, это нужно для того, чтобы иметь возможность оперативнее реагировать в цифровом пространстве, балансировать технологии машинного обучения и работу специалистов в области отслеживания радикального экстремистского контента, а также улучшить существующее законодательство и прозрачность цифровой среды, деятельности владельцев и потребителей социальных сетей.

— Какие общие выводы можно сделать на основании выступлений участников конференции?

— Прежде всего, я полагаю, нам следует продолжить проводить сравнительные исследования проблемы мобилизации в различных идеологиях (Брэд Галлоуэй, Райан Скривенс, Реем Ахмед, Даниэла Писою). Во-вторых, мы должны направить эти исследования в русло гендерного сравнения (Эшли Маттейш), с точки зрения процесса вербовки в Интернете и в реальном мире. В-третьих, я считаю, что проблемы, связанные с иностранными боевиками (Амарнат Амарасингам), должны быть во главе нашего списка исследований.

— Вы исследуете участие женщин в джихадистских сетях. Как эта тема воспринимается участниками конференции? Почему ей следует уделять отдельное внимание?

— Хотя гендерная тема широко обсуждалась на конференции VoxPol, не был достаточно освещен важный аспект, который я и мой коллега Йоханнес Зааль из Университета Люцерна считаем уместным и недостаточно изученным. Речь идет о важности социального капитала в выстраивании джихадистских сетей в Интернете и в реальном мире, а также о неоспоримом вкладе женщин-джихадисток в деятельность этих сетей. Чтобы лучше изучить процессы радикализации, нам необходимо понять конкретную джихадистскую контркультуру каждой сети и ее механизмы (структура, власть) — все это описано в моей кандидатской диссертации.

Эти сети создавались в целях осуществления насилия как онлайн, так и традиционным способом людьми, которые связаны тесными узами. Мы можем разрушить ИГ, но эти ценные связи и разделяемые экстремистами цели могут сохраниться, о чем также говорил профессор Питер Нейман на последнем мероприятии CVE 2018 в Университете Суонси. И поскольку женщины играют жизненно важную роль в ведении коммерческих дел и установлении контактов как в Интернете, так и в реальной жизни, их необходимо сделать отдельным предметом стратегического анализа джихадистской деятельности.

Женщины-джихадистки — растущая угроза

В последнее время все чаще слышны идеи о том, что женщины-джихадистки — растущая угроза, и эта угроза не преувеличена. Выступая 23 августа 2018 г. на заседании Совбеза ООН, посвященном угрозе международной безопасности со стороны ИГ, старший научный сотрудник лондонского Международного центра исследования радикализации и политического насилия (ICSR) Джоанна Кук заявила, что согласно полученным данным, примерно 41 490 иностранных граждан из 80 стран мира вступили в ряды ИГ. Каждый четвертый — это женщины и несовершеннолетние. В докладе, который она представила в Совбезе, сказано, что лидирующую позицию по этому показателю занимает Восточная Азия (70%), за ней следуют Восточная Европа (44%) и Западная Европа (42%). На регион Ближнего Востока и Северной Африки приходится лишь 8%, что, по мнению автора доклада, связано с трудностями сбора данных.

Но не только и не столько количество женщин-джихадисток вызывает тревогу. В докладе отмечается, что женщины готовы играть важную роль в продвижении идеологии и наследия ИГ после падения его Халифата в конце 2017 г. Более того, они уже доказали, что могут представлять серьезную угрозу безопасности, о чем свидетельствуют множество предотвращенных и реализованных терактов по всему миру. Тому есть несколько причин. Во-первых, в зонах боевых действий женщины получали необходимую военную подготовку. Если изначально группировка ограничивала роль женщин в боевых действиях, то начиная с 2017 г. ИГ открыто объявило, что «джихад против врагов» является обязательным для женщин. Во-вторых, женщины все чаще становятся исполнителями терактов либо в рамках чисто женской террористической ячейки, либо в составе семьи, либо в качестве террористов-одиночек.

Способность женщин вербовать террористов в режиме онлайн уже превратилась в мощное оружие глобального джихада. Эффективность женщин как вербовщиков во многом связана с их умением манипулировать социальными нормами, в первую очередь теми, которые связаны с такими понятиями, как мужественность. Колкости и насмешки в адрес мужчин-мусульман, которые якобы не выполняют свой мужской долг — это очень мощный инструмент провокации. Работает и схема вербовки женщины женщиной, в которой «жертва» получает ощущение принадлежности к сплоченной группе в обмен на лояльность.

Все это свидетельствует о том, что тема эффективности онлайн-пропаганды экстремистских идей по-прежнему остается недостаточно изученной. Для решения этой проблемы исследователям важно развивать как междисциплинарное, так и международное сотрудничество, чтобы общими усилиями прийти к наиболее точному пониманию того, что из себя представляет и как происходит распространение экстремистских и террористических идей в Интернете.


(Голосов: 7, Рейтинг: 5)
 (7 голосов)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся