Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 6, Рейтинг: 5)
 (6 голосов)
Поделиться статьей
Екатерина Энтина

К.полит.н., доцент НИУ ВШЭ, старший научный сотрудник Института Европы РАН, эксперт РСМД

Деян Новакович

Президент Адриатического совета (Белград, Сербия)

К настоящему времени на Балканах сложилась крайне нестабильная ситуация, чреватая самыми неблагоприятными последствиями как для балканских стран, так и системы международных отношений в целом. Внутрирегиональные игроки справиться с обрушившимися на них проблемами не в состоянии. За последние два десятилетия они не смогли содержательно продвинуться в их решении, хотя видимость диалога все эти годы была. Внешние игроки преследуют на Балканах прежде всего свои собственные интересы. Зачастую они лишь немного совпадают или имеют хоть какое-то отношение к реальным нуждам региона и проживающих в нем народов. К тому же последнее время их заботит уже не столько продвижение этих интересов, сколько проведение политики, диктуемой усилением противоречий между ними самими.

Придуманное для балканских народов и стихийно сложившееся в регионе территориальное устройство себя не оправдало. Некоторые представители истеблишмента и экспертного сообщества даже открыто утверждают, что оно «с треском провалилось».

Постоянно поддерживать искусственность этно-национального и территориального размежевания не получится. Оно будет генерировать напряженность, опаснейшим образом подпитывать крайне националистические и популистские движения, накапливать и без того немалый кризисный потенциал. Поэтому внутри региона и среди экспертных сообществ международного уровня, не прекращаясь, самыми различными силами и их конфигурациями ведется неофициальное обсуждение вариантов долгосрочного решения балканского вопроса. За создание «этноцентричных государств», в первую очередь, «великой» Албании, «великой» Сербии, «великой» Хорватии из внешних игроков наиболее активно выступает Великобритания. Радикальный сценарий, который могли бы сегодня поддержать только националисты в каждой из стран региона, серьезно отдалил бы Балканы от ЕС в среднесрочной перспективе. Вместе с тем, в долгосрочной перспективе по отношению к региону это один из вариантов длительного решения существующих национальных проблем.

Однако Германия против. Берлин настаивает на том, что идти на территориальные размены и переформатирование Балканского политического пространства абсолютно недопустимо. Любые подвижки откроют «ящик Пандоры» с непредсказуемыми последствиями для территориального устройства не только региона, но и Европы в целом и всего послевоенного порядка на континенте. Как «разрубить балканский узел» и не разрушить Европу?

К настоящему времени на Балканах сложилась крайне нестабильная ситуация, чреватая самыми неблагоприятными последствиями как для балканских стран, так и системы международных отношений в целом. Внутрирегиональные игроки справиться с обрушившимися на них проблемами не в состоянии. За последние два десятилетия они не смогли содержательно продвинуться в их решении, хотя видимость диалога все эти годы была. Внешние игроки преследуют на Балканах прежде всего свои собственные интересы. Зачастую они лишь немного совпадают или имеют хоть какое-то отношение к реальным нуждам региона и проживающих в нем народов. К тому же последнее время их заботит уже не столько продвижение этих интересов, сколько проведение политики, диктуемой усилением противоречий между ними самими.

Авторский коллектив под рук. Екатерины Энтиной и Александра Пивоваренко:
«Россия на Балканах»

Сложившийся расклад

Европейский союз предложил всем балканским народам т.н. «европейское будущее». Политические элиты и население стран региона вне такого будущего себя не мыслят, хотя по мере «приближения» к ЕС процент еврооптимистов среди населения традиционно снижается. Однако интеграция с Европой для них все же естественный и, похоже, единственно возможный выбор. В ЕС и его государствах-членах накопилось сейчас так много своего собственного кризисного потенциала, что в одиночку справиться с вызовами, взрывающими регион, у Брюсселя просто не хватает ни ресурсов, ни желания.

США продавливают решения, которые нужны им в основном для подтверждения своего влияния на общеевропейские процессы и укрепления позиций в глобальном противостоянии. Россия, Китай, Турция и Саудовская Аравия, всё более мощно присутствующие в регионе, по отдельности столь большим влиянием не обладают. Предложить альтернативу «европейскому выбору» у них не получится ни при каких обстоятельствах. К тому же такую задачу они перед собой не ставят и о ней никогда не задумывались.

В результате Балканы — с этим согласны большинство политиков и комментаторов — вновь, как и столетие назад, превращаются в пороховую бочку. Имеющиеся проблемы не решаются. К ним лишь добавляются новые. Двусторонние переговорные треки пробуксовывают. Причем все — как без вмешательства, так и с посредническим участием или даже при доминировании США и ЕС. Попытки отыскать нестандартные подходы, выдвинуть новые прорывные инициативы гасятся внешними игроками. Чтобы как-то сдвинуть ситуацию с мертвой точки и добиться выгодной им динамики, внутрирегиональные политические силы начинают прибегать к тактике взаимных обвинений и провокаций, вынуждая на них реагировать также и всех внешних игроков, что лишь усиливает конфронтационные тенденции в мире.

Предполагать, что внешние игроки откажутся от односторонних действий, а внутрирегиональные политические силы вдруг станут договороспособными, вроде бы, нет оснований. Но и оставлять ситуацию на самотек или давать «карт-бланш» на осуществление кем-либо деструктивной политики, противоречащей нуждам балканских народов и перспективам всеобъемлющего стабильного справедливого урегулирования, никак нельзя.

В этих условиях для России чрезвычайно выигрышным и своевременным было бы предложить многосторонний формат общебалканского урегулирования, объективно выгодный всем внутрибалканским политическим силам и внерегиональным державам. Внутренним — поскольку он дает возможность пойти на взаимные размены по широкому кругу вопросов, недостижимые в рамках двусторонних переговоров, и получить необходимые гарантии стабильности и ускоренного экономического развития. Внерегиональным — поскольку купирует негативное развитие событий на Балканах и минимизирует риски как здесь, так и за пределами региона. Одновременно он позволит превратить Балканы из всегдашнего яблока раздора в площадку для сотрудничества, а в случае успеха — и в инструмент ослабления конфронтации между крупными державами, зашедшей слишком далеко, перевода всей системы международных отношений на более спокойные рельсы.

Даже если такое предложение будет встречено в штыки, его надо выдвигать. Оно покажет, кто на самом деле является подлинным другом и защитником интересов балканских народов, а кому важнее геополитические амбиции и свои собственные корыстные интересы.

Перспективные варианты многостороннего формата

1. Первое, что представляется необходимым вне зависимости от окончательного решения проблем постюгославского наследия, — формирование постоянного «Балканского совета», включающего Россию, США, Великобританию, Турцию, Францию, Италию, Словению и Германию в качестве международных наблюдателей при посредничестве ЕС и ООН с одной стороны, и всех западно-балканских стран — с другой. Наиболее логичный способ организации данного формата — переформатирование и придание динамики Региональному совету по сотрудничеству (в который десять лет назад был преобразован Пакт стабильности для Юго-Восточной Европы и где принимали участие и Россия, и США, и Китай при главенствующей роли ЕС).

2. Другой сценарий — «Постоянная Балканская конференция» под предводительством ЕС и посредничеством высоких представителей из США и России. Подобное решение можно провести в жизнь через изменение формата Брюссельских переговоров и при наличии согласия албанской и сербской сторон.

3. Третий сценарий — «Постоянная Балканская конференция — широкая версия» под предводительством СБ ООН, которая бы означала расширение количества балканских участников переговоров и завершилась бы территориальными разменами, но не столько по этническому признаку, сколько исходя из геополитических интересов каждой из балканских стран и гарантии жизнеспособности подобных разменов. Территориальные обмены в данном случае сопровождались бы утверждением общерегиональных экономических интересов как одного из результатов вступления в ЕС всех стран региона. Таким образом, вновь созданные границы имели бы символическое значение в ежедневной плоскости.

4. Четвертый сценарий — создание «Балканского союза» по модели ЕС, к которому бы присоединялась и Турция как «вечный» кандидат в ЕС. Данный сценарий, вероятнее всего, наименее приемлем для Брюсселя, который не желает видеть юго-восточную часть Европы способной разговаривать с западной на равных или близко к тому. Однако это наиболее рациональный с точки зрения развития сценарий для самих балканских государств.

Долгосрочный абрис «пакетного» урегулирования

Придуманное для балканских народов и стихийно сложившееся в регионе территориальное устройство себя не оправдало. Некоторые представители истеблишмента и экспертного сообщества даже открыто утверждают, что оно «с треском провалилось».

Этносы разорваны между разными политическими образованиями. Им в них отнюдь не всегда уютно. Их жизненные интересы под угрозой. От вероятного столкновения и передела их удается удерживать лишь за счет внешних факторов.

Многие страны и образования региона самостоятельно не жизнеспособны. Их успешное будущее может быть связано исключительно с интеграцией, ассоциацией, объединением, поиском других форм и слагаемых государственности. Они пригодны лишь для внешнего управления или для того, чтобы быть частью какого-то другого целого.

Все политическое и социально-экономическое пространство региона фрагментировано. Его куски разбросаны произвольным образом. Они тяготеют друг к другу. Однако его переформатированию опять-таки препятствуют в основном внешние факторы. Очевидно, что если оно пойдет столь же хаотично, как в первой половине 1990-х гг., это закончится трагедией.

Вместе с тем, закрывать глаза на реально сложившуюся ситуацию, по крайней мере, неразумно и бесперспективно. Постоянно поддерживать искусственность этно-национального и территориального размежевания не получится. Оно будет генерировать напряженность, опаснейшим образом подпитывать крайне националистические и популистские движения, накапливать и без того немалый кризисный потенциал. Поэтому внутри региона и среди экспертных сообществ международного уровня, не прекращаясь, самыми различными силами и их конфигурациями ведется неофициальное обсуждение вариантов долгосрочного решения балканского вопроса.

За создание «этноцентричных государств», в первую очередь, «великой» Албании, «великой» Сербии, «великой» Хорватии из внешних игроков наиболее активно выступает Великобритания. Данный сценарий бы означал следующий территориальный размен:

«великая» Албания: Республика Албания, большая часть Косова, часть Македонии, часть Сербии (Буяновац и Прешево), Улциньская часть Черногории.

«великая» Сербия: Республика Сербия, Республика Сербская с выходом на море в районе Герцег-Нови (Черногория) и сербские общины на севере Косова, включая Северную Митровицу.

«великая» Хорватия: Республика Хорватия, третий «энтитет» в Боснии и Герцеговине (Герцег Босна).

Черногория получила бы часть сербского санджака.

Босния и Герцеговина в границах Федерации Боснии и Герцеговины с опцией создания конфедерации с Хорватией/Сербией/Черногорией.

— в худшем положении оказалась бы Македония, которая остается в данном сценарии без большей части собственной территории с тенденцией растаскивания остатков между Болгарией, Грецией, Албанией и Сербией. Одно из решений — конфедерация с Болгарией или Сербией.

Этот абсолютно радикальный сценарий, который могли бы сегодня поддержать только националисты в каждой из стран региона, серьезно отдалил бы Балканы от ЕС в среднесрочной перспективе. Вместе с тем, в долгосрочной перспективе по отношению к региону это один из вариантов длительного решения существующих национальных проблем.

Важность принятия мер предварительного и обеспечительного характера

Для ЕС включать в себя народы региона со всем ворохом подспудно тлеющих конфликтов чревато его дальнейшей дезорганизацией и ослаблением сопротивляемости к внешним манипуляциям. Не включать — значит выносить соответствующий вердикт всему европейскому проекту. В принципе панъевропейский истеблишмент это понимает, хотя подобная перспектива его откровенно пугает.

Вместе с тем, по Балканам ЕС редко когда говорил одним голосом. Государства-члены, способные проецировать себя вовне, преследуют здесь очень разные цели. Великобритания не прочь поддержать проект усиления албанского за счет всех других этно-национальных образований региона. У Франции иное видение: Парижу важнее всего защитить свои политические и экономические интересы в более крупном европейском регионе. Ради них он проявляет готовность пойти на определенные размены. Для соседних стран, в которые перетекают неустроенность и конфликтность балканского социума, главное — обеспечить его долгосрочную стабильность и бескризисное развитие.

Непримиримую позицию в отношении предлагаемых, обсуждаемых и любых других территориальных разменов занимает Германия. Как следствие, такая позиция является главенствующей в Европейском союзе. Берлин настаивает на том, что идти на территориальные размены и переформатирование Балканского политического пространства абсолютно недопустимо. Любые подвижки откроют «ящик Пандоры» с непредсказуемыми последствиями для территориального устройства не только региона, но и Европы в целом и всего послевоенного порядка на континенте. Они подорвут легитимность всех предшествующих решений. Дадут повод для постановки вопроса о пересмотре границ и территориальных разменах, приращениях и компенсациях повсюду в мире. В этом случае, с учетом такой же, как на Балканах, искусственности многих из них, никому мало не покажется.

В этом отношении с Берлином нельзя не согласиться. Действительно «ящик Пандоры» ни в коем случае открывать нельзя. Любые двусторонние частные договоренности о разменах и пересмотрах вне многостороннего инклюзивного формата и «пакетного решения», тем более под давлением Вашингтона, руководствующегося лишь своими собственными геополитическими амбициями, будут иметь именно такой эффект. В дальнейшем взять под контроль деструктивные процессы, пробужденные подобным подходом, будет крайне сложно. Если вообще возможно.

Но перевод их под эгиду любого из разобранных выше многосторонних форматов в корне меняет дело. Во-первых, он позволяет придать всему организованный и управляемый характер. Во-вторых, предоставляет возможность объединить все отдельно неприемлемые и разорванные во времени политические решения в единый, согласованный и одобренный всеми «пакет». В-третьих, выводит на перспективу предоставления твердых международных гарантий найденному «пакетному урегулированию». В-четвертых, устанавливает понятные и приемлемые для всех общие правила игры.

Таким образом, если ключевые внутрирегиональные политические силы и внешние игроки наберутся решимости пойти на то, чтобы «разрубить балканский узел» в интересах не каких-то абстракций и геополитических амбиций, а балканских народов, и проявят добрую волю, каждый из них сможет внести соразмерный вклад в общую копилку урегулирования. Такой вклад мог бы состоять в:

— отказе от информационных, военных, политических и экономических провокаций;

— поддержке общего правового режима свободы экономической деятельности для всего региона без дискриминации по какому-либо признаку;

— оказании позитивного политического влияния на все те политические силы, с которыми поддерживаются привилегированные отношения;

— участии в предоставлении необходимых всеобъемлющих международных гарантий;

— финансировании ускоренного развития региона и осуществлении многообразных экономических проектов, полезных и выгодных его народам.

(Голосов: 6, Рейтинг: 5)
 (6 голосов)

Текущий опрос

Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся