Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 14, Рейтинг: 3.29)
 (14 голосов)
Поделиться статьей
Алексей Хлебников

Эксперт по Ближнему Востоку и российской внешней политике, магистр международной политики, Школа Публичной Политики им. Хьюберта Хамфри Университета Миннесоты, магистр международных отношений ННГУ имени Н.И. Лобачевского.

В Сирии, где силовые структуры играют крайне важную роль в существующей политической системе и военная фаза гражданской войны подходит к концу, вопрос об их структурном реформировании будет одним из ключевых.

Основная цель сирийских служб безопасности — обеспечение выживания режима. Четыре основных разведывательных структуры Сирии — Главное управление безопасности, Управление политической безопасности, Военная разведка и Военно-воздушная разведка — находятся под непосредственным контролем президента страны и обладают дублирующими функциями с тем, чтобы исключить критическую зависимость режима от одной из них. Это помогает поддерживать в них дух соперничества и не позволяет какой-либо структуре доминировать над остальными.

Силовые структуры удерживали страну от полного краха в течение последних шести лет войны, поэтому расформирование или решительное реформирование спецслужб может привести к негативным последствиям для целостности государства. Действовать надлежит крайне осторожно, осуществляя реформирование спецслужб под общественным и/или международным контролем и не препятствуя принятию мер существующими структурами по обеспечению безопасности. Альтернативой является новая эскалация, риск которой многократно возрастает.

Вот уже семьдесят лет армия и службы безопасности играют ключевую роль в обеспечении стабильности режимов на всем Ближнем Востоке. Милитаризация правящих в регионе элит получила широкое распространение после начатых ими в конце 1940-х и в 1950-х гг. антиколониальных революций, которые и привели их к власти. Тогда они были единственной силой, способной взять власть и в конечном итоге отстоять независимость и территориальную целостность своих стран.

На протяжении десятилетий элиты в большинстве стран Ближнего Востока и Северной Африки формировались из представителей армии и спецслужб, что объясняет предоставление правящими режимами значительных привилегий тем, кто служит в силовых структурах. Вместе с тем для снижения риска переворота и недопущения концентрации власти в одних руках, размер и механизм военных и правоохранительных институтов подвергались постоянным изменениям и реорганизациям, отчего их огромный аппарат расчленен на ряд параллельно существующих структур. Именно эти институты контролируют элиты в своих странах. Поскольку в большинстве государств Ближнего Востока армия и службы безопасности являются краеугольным камнем государственной системы, от них зависят стабильность и (в определенной степени) жесткость режимов.

Одним из наиболее важных факторов, определяющих влияние армии и правоохранительных органов на жесткость режима, является их участие в политической и экономической жизни страны. Если военные и другие силовики активно участвуют в экономике страны или ее политической жизни, они больше заинтересованы в защите существующего порядка, чтобы сохранить свои привилегии и социальный статус, и играют ведущую роль в политике страны. Примером могут служить Египет и Сирия, где армия и службы безопасности делают все возможное ради сохранения своей власти.

Если участие силовых структур в политической и экономической жизни страны ограничено или несущественно или же они находятся под жестким контролем (например, в Тунисе, Ливане, Иране, Турции после прихода к власти Эрдогана и пр.), они менее склонны защищать существующие институты и вмешиваться во время беспорядков.

Что касается Сирии, то ее силовые структуры — одни из самых могущественных в регионе, и сохранение режима, в котором они занимают важнейшие позиции, является для них вопросом выживания.

Сирийские спецслужбы — «мухабарат»

Хотя формально отдельные ведомства подчинены министерству обороны или министерству внутренних дел, на практике все ведомства находятся под непосредственным контролем президента и обладают большими институциональными полномочиями.

Основная цель сирийских служб безопасности (как и в большинстве арабских государств) — обеспечение выживания режима. Четыре основных разведывательных структуры Сирии находятся под непосредственным контролем президента страны и обладают дублирующими функциями с тем, чтобы исключить критическую зависимость режима от одной из них. Это помогает поддерживать в них дух соперничества и не позволяет какой-либо структуре доминировать над остальными.

Основная спецслужба Бюро национальной безопасности (NSB), представляющая собой структуру партии «Баас» и напрямую подчиненная президенту, руководит работой четырех управлений. После террористического акта в Дамаске 18 июля 2012 г., который унес жизни нескольких высокопоставленных силовиков, в том числе министра обороны генерала Дауда Раджихи, его заместителя по вопросам безопасности (и шурина Б. Асада) Асефа Шауката, директора NSB и других, Бюро было переподчинено администрации президента. Башар Асад назначил директором NSB входящего в его ближайшее окружение советника по национальной безопасности Али Мамлюка. Под его руководством координация деятельности спецслужб и представление регулярных общих докладов отошли на второй план, и NSB стало уделять больше внимания разработке политики безопасности, тем самым сосредоточив в своих руках больше власти.

Четыре разведывательных управления включают Главное управление безопасности (GID), Управление политической безопасности (PSD), Военную разведку (MID) и Военно-воздушную разведку (AFI). Хотя формально отдельные ведомства подчинены министерству обороны или министерству внутренних дел, на практике все ведомства находятся под непосредственным контролем президента и обладают большими институциональными полномочиями.

Главное управление безопасности (إدارة المخابرات العامة — Idarat al-Mukhabarat al-‘Amma, GID)

GID — главная гражданская разведывательная служба Сирии и подчинена напрямую президенту. Она не является структурой никаких государственных органов или министерств и для координации своих действий контактирует только с NSB. Главное управление безопасности состоит из трех отделов.

Отдел внутренней безопасности занимается надзором за населением страны (дублируя тем самым функции Управления политической безопасности PSD). В его обязанности включены контрразведка, контроль над оппозиционными политическими группами и иностранным гражданами, религиозными и этническими меньшинствами (например, «Братьями-мусульманами»). Кроме того, Управление занимается борьбой с коррупцией и незаконным оборотом наркотиков.

Отдел внешней безопасности занимается внешнеполитической разведкой и отвечает за контролирование противников за рубежом и противодействие им, обеспечение безопасности дипломатических представительств Сирии, а также борьбу со шпионажем.

Отдел по делам Палестины осуществляет контроль над деятельностью палестинских групп в Сирии и Ливане.

В структуру Главного управления безопасности входят двенадцать отделений, которые имеют свои подразделения в каждой провинции.

Главное управление политической безопасности (إدارة الأمن السياسي — Idarat al-Amn as-Siyasi, PSD)

В силу того, что Управление политической безопасности работает непосредственно с населением, деятельность PSD пронизывает всю страну и охватывает все слои общества.

Хотя формально PSD считается структурой министерства внутренних дел, Управление ему не подчиняется. Оно отчитывается только перед президентом и является органом надзора за министерством внутренних дел, его офицерами и сотрудниками, включая полицию.

Его наиболее важные отделы занимаются политическими партиями, гостиницами, клубами, ресторанами, студентами, сотрудниками, партиями, коммерческим и отраслевым лицензированием. Таким образом, в его компетенцию входят контролирование организованных политических сил и возможных политических действий, а также мониторинг и контроль над государственными учреждениями. Задачами Управления является борьба с политической оппозицией, диссидентами и политическими партиями, чья деятельность направлена против руководства страны, надзор за прессой и средствами массовой информации, а также за деятельностью иностранных граждан, находящихся в стране, и их контактами с местными жителями.

По сути, в силу того, что Управление политической безопасности работает непосредственно с населением, деятельность PSD пронизывает всю страну и охватывает все слои общества. На основе сведений, полученных от широкой сети информаторов, Управление проводит исследования и готовит специальные доклады.

Управление имеет отделения в 13 провинциях и Дамаске.

Служба военной разведки (شعبة المخابرات العسكرية — Shu'bat al-Mukhabarat al-'Askariyya? MID)

MID — главный орган военной разведки в Сирии. Хотя формально он входит в структуру министерства обороны, но фактически находится под личным контролем президента и министерству не подчиняется. Более того, Служба участвует в назначении министра обороны, его заместителей и начальников штабов. Руководитель Службы назначается президентом.

Ее главной задачей является сбор первичных сведений о вооруженных силах противника и его укреплениях. Служба осуществляет надзор за деятельностью других структур безопасности и контролирует их лояльность. Кроме того, считается, что MID также отвечает за предоставление военной и материально-технической помощи палестинским, ливанским и турецким экстремистским группам, а также осуществляет надзор за политическими диссидентами за рубежом.

Управление военно-воздушной разведки (إدارة المخابرات الجوية — Idarat al-Mukhabarat al-Jawiyya, AFI)

Воздушные разведывательные силы считаются наиболее преданной президенту спецслужбой, причем самой многочисленной и профессиональной. Управление было создано, когда Хафез Асад занимал пост командующего ВВС, и то, что она со времен Хафеза Асада превосходит другие по влиянию и мощи, не является простым совпадением. Хотя формально Управление входит в состав министерства обороны, которое его финансирует и закупает для него вооружение, министр обороны не имеет над ним никакой власти. AFI, наряду с MID, осуществляет надзор за работой министра и играет важную роль в его назначении.

Первоначально главной задачей Управления военно-воздушной разведки была охрана сирийской боевой техники, самолета президента, обеспечение его безопасности за границей, а также безопасности посольств. Со временем круг обязанностей Управления был расширен и вышел за рамки решения сугубо военных задач. Управление стали привлекать к боевым действиям против антиправительственных групп. Так, воздушные разведывательные силы управляли операциями по подавлению восстания «Братьев-мусульман» в Хаме в 1980-х гг. и против членов Исламской Либеральной партии Хизбал-Тахрир в декабре 1999 г., сыграли важную роль в проведении массовых арестов противников режима и организовывали тайные операции за рубежом.

Управление имеет шесть отделений в Дамаске, свой отдел расследований и шесть отделений в провинциях.

Проблемы переходного периода для сирийских спецслужб

Как уже упоминалось выше, все сирийские спецслужбы имеют немало дублирующих друг друга функций. В мирное время это позволяло Б. Асаду держать их деятельность под перекрестным контролем и не допускать чрезмерного доминирования ни одной из них. С началом гражданской войны весь аппарат госбезопасности стал уделять больше внимания осуществлению контроля на местах и подавлению оппозиции и повстанцев. В результате в настоящее время работа всех этих служб сосредоточена скорее на полицейских функциях, нежели на разведке как таковой.

В Сирии, где силовые структуры играют крайне важную роль в существующей политической системе и военная фаза гражданской войны подходит к концу, вопрос об их структурном реформировании будет одним из ключевых. Поскольку сирийские разведывательные службы принимали активное участие в системе управления, подавления, а затем и в гражданской войне, их статус и вопрос о системных, функциональных изменениях будет обязательно включен в повестку дня переговоров между сторонами конфликта.

Проведение подобных реформ осложняется тем, что вопросы безопасности традиционно играют важную роль, что особенно наглядно показывают события последних десятилетий (на Ближнем Востоке) и лет (в Сирии). В связи с этим достижение компромисса по этим реформам между оппозицией и сирийским правительством представляется чрезвычайно сложной задачей.

Прежде всего необходимо решить, когда надлежит осуществить такую реструктуризацию: до проведения политических реформ, после них или одновременно с ними? Для ответа на этот вопрос давайте посмотрим, какие препятствия стоят на пути реформирования силовых структур Сирии и как стороны могут начать движение к выработке компромисса.

Неблагоприятная экономико-правовая среда и угрозы безопасности

Вопрос о реструктуризации спецслужб неразрывно связан с судьбой руководства страны, политическими реформами и изменениями в государственном устройстве.

Как уже упоминалось ранее, четыре ветви сирийского разведывательного аппарата действуют независимо и не контролируются правовой системой; все четыре занимаются подавлением инакомыслия и надзором за отдельными гражданами. Мало того, они подотчетны только президенту.

Другими словами, разведывательная сеть в Сирии создана режимом для защиты своих интересов и обеспечения своего выживания. Это означает, что вопрос о реструктуризации спецслужб неразрывно связан с судьбой руководства страны, политическими реформами и изменениями в государственном устройстве. На сегодняшний момент данный вопрос представляется весьма щекотливым и исключительно сложным для нахождения компромисса.

Кроме того, силовые структуры играют ключевую институциональную роль и удерживали страну от полного краха в течение последних шести лет войны. Поэтому существует вполне обоснованное опасение, что расформирование или решительное реформирование спецслужб может привести к негативным последствиям для целостности государства. Одной из основных причин, по которой российское руководство приняло решение о размещении авиационной группы ВВС России в Сирии, была опасность ее институционального краха, поскольку сирийская армия и службы безопасности являлись ключевыми государственными институтами во времена смуты. Россия часто использует пример Ирака, чтобы показать, как кардинальные перемены в силовых структурах обернулись полным параличом институтов государственной безопасности.

Даже после военного поражения крупных террористических организаций в Сирии будет существовать угроза их возрождения. Поэтому какое бы правительство ни оказалось у власти, в том числе во время переходного периода, ему придется уделять самое пристальное внимание решительным мерам по укреплению безопасности, которая обязательно подвергнется испытанию на прочность. Учитывая, что большинство оппозиционеров призывает расформировать все службы безопасности, это неизбежно замедлит процесс реформирования страны.

Это обстоятельство не может не осложнить процесс реформирования самих силовых структур. С одной стороны, во время переходного периода безопасность является абсолютно необходимым условием. Она создает почву для начала политического процесса, который армия и спецслужбы должны обеспечить наряду с другими участниками. С другой стороны, большая часть сирийской оппозиции добивается ликвидации связанных с режимом сил, что неминуемо нанесет удар по безопасности. Вот почему действовать надлежит крайне осторожно, осуществляя реформирование спецслужб под общественным и/или международным контролем и не препятствуя принятию мер существующими структурами по обеспечению безопасности. Альтернативой является новая эскалация, риск которой многократно возрастает.

Кроме того, стоит большая задача восстановления доверия между сирийскими разведывательными структурами и обществом. Для этого необходим политический процесс, который инициировал бы реформу разведывательных служб в Сирии. Этот процесс должен способствовать достижению позитивных результатов по менее чувствительным вопросам, которые необходимо разрешить до наиболее сложных. Такой процесс возможен только тогда, когда обе стороны конфликта готовы пойти навстречу друг к другу. Пока перспективы такого подхода очень туманны.

Представляется, что возможен лишь такой сценарий, при котором основные акторы оказывают давление на оппозицию и правительство с целью начать переговоры по вопросу политического перехода в стране, а затем и инициируют его. Без внешнего участия и давления такой процесс кажется практически невозможным.

(Голосов: 14, Рейтинг: 3.29)
 (14 голосов)

Текущий опрос

Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся