Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 25, Рейтинг: 2.28)
 (25 голосов)
Поделиться статьей
Фарес Кильзие

Председатель Совета директоров Creon Energy

Концентрация двусторонних отношений на энергетике делает их зависимыми от цен на углеводороды, что в будущем неизбежно приведет к конфликтам.

Китайские инвестиции идут только в те проекты, которые были одобрены на высшем политическом уровне и находятся под протекцией главного куратора. Те же проекты, которые такого одобрения не получили, так и остаются на уровне диалога. Экономическая целесообразность далеко не всегда соответствует политической логике, что, в конечном счете, приводит к конфликтам. Это наглядно показала современная история отношений России с ЕС, Турцией, Украиной и Белоруссией.

В то же время конфликтный сценарий абсолютно неприемлем для российско-китайских отношений. Предотвратить его можно за счет диверсификации экономического сотрудничества двух стран. Вложения в инфраструктуру, а также в производства с высокой добавленной стоимостью в долгосрочной перспективе могут оказаться для китайских компаний и банков более выгодными, чем инвестиции в азиатских странах, которые Китай делает в рамках проекта «Нового шелкового пути».

Диверсификация переведет формат отношений из игры с «нулевой суммой», в рамках которой неизбежно проигрывает одна из сторон, во взаимовыгодное и устойчивое сотрудничество. А значит, и риск конфликта будет сведен к минимуму.


У России и Китая есть большие перспективы в развитии наукоемких отраслей, заявила в понедельник спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко на конференции «Россия и Китай: к новому качеству двусторонних отношений», организованной Российским советом по международным делам (РСМД) и Обществом российско-китайской дружбы (ОРКД) в сотрудничестве с CREON Energy. В подтверждение своих слов глава верхней палаты парламента привела пример проекта широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета, соглашение о разработке которого в июне 2016 г. подписали руководитель Минпромторга Денис Мантуров и министр промышленности и информатизации Китая Мяо Вэй. Работу над лайнером будет вести совместное предприятие China–Russia Commercial Aircraft International Corporation, которое на паритетных началах было создано «Объединенной авиастроительной корпорацией» (ОАК) и «Китайской компанией гражданского авиастроения» (COMAC).

У двух стран есть и другие высокотехнологичные проекты, правда, в большинстве своем, они находятся в зачаточном состоянии. Речь, в частности, идет о фондах, созданных за два прошедших года «Роснано» с китайским Министерством науки и техники, Xinhua Holdings и Zhongrong International Trust для инвестиций в передовые технологии в микроэлектронике, электроэнергетике и нефтегазовой отрасли в России, Израиле и Китае. Другой пример — проект строительства парков высоких технологий в 9 регионах России и Китая, закрепленный в межправительственном меморандуме в 2014 г. Сюда же можно отнести и российско-китайский студенческий бизнес-инкубатор, открытый в июне 2016 г. в Хабаровске на базе Тихоокеанского государственного университета: его аналоги в ближайшее время должны будут появиться Москве, Ульяновске, Екатеринбурге и Уфе.

Несмотря на эти усилия, российско-китайские экономические отношения завязаны, в основном, на энергетике. Локомотивом сотрудничества в этой сфере остается государство. Так, государственная CNPC является партнером «Газпрома» по восточному маршруту «Силы Сибири» (проект газопровода из Якутии в Китай мощностью 38 млрд куб. м и стоимостью 2,9 трлн руб., согласно оценке «Газпромбанка») и контрагентом «Роснефти» по поставкам нефти в Китай, к 2016 г. предоставившему ей 35 млрд долл. в качестве предоплаты (подсчеты «Сбербанк CIB»). Еще одним партнером «Роснефти» является государственная ChemChina, которая на 40% профинансирует строительство ВНХК — комплекса в Приморском крае мощностью 24 млн т нефтепереработки и 6,6 млн т нефтехимии общей стоимостью 1,5 трлн руб. (оценка самой компании).

В свою очередь, государственный China Development Bank участвует в проектном финансировании Амурского газоперерабатывающего завода «Газпрома» мощностью 42 млрд куб. м и стоимостью 790,6 млрд руб. (оценка монополии) и выступает в роли кредитора «Роснефти» и «Транснефти»: по итогам 2016 г. задолженность этих компаний перед банком составила 12,4 млрд долл. и 6,4 млрд долл. соответственно, следует из их отчетности по МСФО. Китайские госбанки кредитуют также «Ямал-СПГ», которая 2016 г. получила 9,3 млрд евро от Export-Import Bank of China и 9,8 млрд юаней от все того же China Development Bank, и «Газпром»: к концу прошлого года долг монополии перед лондонским филиалом Bank of China Ltd. составил 126,4 млн евро, а перед пекинским филиалом China Construction Bank Corporation – 92,6 млн долл. (данные отчетности по МСФО).

Еще одним китайским финансовым институтом, инвестирующим проекты в отрасли, является государственный Фонд шелкового пути, которому принадлежат 10% акций «Сибура» и 9,9% акций «Ямала-СПГ». Наконец, нельзя не упомянуть и Beijing Gas, также принадлежащую государству: в апреле компания получила у правительственной комиссии по иностранным инвестициям разрешение на покупку у «Роснефти» 20% «Верхнечонскнефтегаза», добывшего в прошлом году 8,7 млн т нефти.

Из-за перекоса в сторону энергетики экономические отношения двух стран чувствительны к динамике цен на углеводороды. На момент подписания соглашений между «Газпромом» и CNPC (май 2014 г.) цена поставок газа по восточному маршруту «Силы Сибири» (360 долл. за тыс. куб. м, согласно оценке ОПЕК) была сопоставима со средней стоимостью экспорта монополии в Европу в 2013 г. (378 долл. за тыс. куб. м). Однако в 2016 г. средняя цена поставок «Газпрома» в дальнее зарубежье опустилась до 176 долл. за тыс. куб. На конференции, завершившейся во вторник, представители CNPC уклонялись от ответа на вопрос о цене поставок газа, но при этом настаивали, что поставки должны начаться в сентябре 2019 г.

Падение цен на газ не могло не повлиять на ход переговоров о строительстве «Силы Сибири — 2», по которой газ Ямала должен будет поставляться в западные провинции Китая. Меморандум о проекте был заключен осенью 2014 г. Финальное соглашение об условиях поставок «Газпром» и CNPC планировали заключить до конца 2015 г., но этого не сделано до сих пор.

Китайские инвестиции идут только в те проекты, которые были одобрены на высшем политическом уровне и находятся под протекцией главного куратора. Те же проекты, которые такого одобрения не получили, так и остаются на уровне диалога. Экономическая целесообразность далеко не всегда соответствует политической логике, что, в конечном счете, приводит к конфликтам. Это наглядно показала современная история отношений России с ЕС, Турцией, Украиной и Белоруссией.

Конфликтный сценарий абсолютно неприемлем для российско-китайских отношений. Предотвратить его можно за счет диверсификации экономического сотрудничества двух стран. Вложения в инфраструктуру (строительство железных и автомобильных дорог, аэропортов, морских и речных терминалов), а также в производства с высокой добавленной стоимостью (древесина, драгоценные металлы, полимеры) в долгосрочной перспективе могут оказаться для китайских компаний и банков более выгодными, чем инвестиции в азиатских странах (в Мьянме, Индии, Пакистане), которые Китай делает в рамках проекта «Нового шелкового пути». Примеры таких капиталовложений были приведены на конференции: трасса «Меридиан», которая соединит Западную Европу и Китай и будет строиться за счет частных средств, а также глубоководный порт во Владивостоке.

Диверсификация переведет формат отношений из игры с «нулевой суммой», в рамках которой неизбежно проигрывает одна из сторон, во взаимовыгодное и устойчивое сотрудничество. А значит, и риск конфликта будет сведен к минимуму.

Впервые опубликовано на сайте Forbes.


Оценить статью
(Голосов: 25, Рейтинг: 2.28)
 (25 голосов)
Поделиться статьей
array(5) {
  ["Экономика"]=>
  string(18) "Экономика"
  ["Энергетика"]=>
  string(20) "Энергетика"
  ["Россия"]=>
  string(12) "Россия"
  ["Восточная Азия и АТР"]=>
  string(37) "Восточная Азия и АТР"
  ["Россия и Китай: партнерство в контексте вызовов безопасности и развития в АТР"]=>
  string(142) "Россия и Китай: партнерство в контексте вызовов безопасности и развития в АТР"
}

Текущий опрос

У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся