Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 17, Рейтинг: 5)
 (17 голосов)
Поделиться статьей
Виктор Катона

Специалист по закупкам нефти MOL Group, эксперт РСМД

Книга Янниса Варуфакиса «Взрослые в комнате. Моя борьба с глубинным истеблишментом Европы» не только описывает 162-дневный период нахождения бывшего министра финансов Греции на тяжелейшем посту Европы, но и весьма красноречиво рассказывает о характере и масштабе проблем внутри Европейского союза. Я. Варуфакис с удивительной легкостью одновременно подвергает критике и политиков Греции, погрязших в коррупции и непотизме, и деятелей Евросоюза, не признающих собственных ошибок, и представителей МВФ, которые понимают суть происходящего, но ничего не предпринимают для предотвращения катастрофы. Книга — ценное свидетельство того, какими могут быть последствия профессиональной некомпетентности и политизации экономических вопросов. В диктуемой Берлином ставке на единственный правильный путь развития, когда признавать ошибки неприемлемо, населению Греции выпала доля выкарабкиваться из потерянного десятилетия, а может, и двух.

Политические мемуары греческих политиков — явление довольно редкое, особенно если в них затрагиваются насущные вопросы общеевропейского значения. Книга Янниса Варуфакиса «Взрослые в комнате. Моя борьба с глубинным истеблишментом Европы» не только описывает 162-дневный период нахождения бывшего министра финансов Греции на тяжелейшем посту Европы, но и весьма красноречиво рассказывает о характере и масштабе проблем внутри Европейского союза.

Будучи до назначения на министерскую должность университетским профессором со статусом «постороннего человека» в микрокосмосе греческой политики и не обладая никакими кровными политическими интересами, Я. Варуфакис с удивительной легкостью одновременно подвергает критике и политиков Греции, погрязших в коррупции и непотизме, и деятелей Евросоюза, не признающих собственных ошибок, и представителей Международного валютного фонда (МВФ), которые понимают суть происходящего, но ничего не предпринимают для предотвращения катастрофы.

Как не видеть очевидного

Я. Варуфакис объясняет необходимость введения мер жесткой экономии в «периферийных» странах еврозоны финансовыми интересами ведущих государств объединения.

Наиболее значимый политико-экономический аспект книги Я. Варуфакиса — анализ трех программ финансовой помощи Греции, в 2010, 2012 и 2015 гг. Следует отметить, что первая из них, в рамках которой тройка кредиторов (МВФ, ЕЦБ и Европейская комиссия) в 2010 г. предоставила греческому государству 110 млрд евро, стала крупнейшим кредитом в истории человечества. Однако рекорд продержался недолго, так как в 2012 г. была согласована вторая программа на общую сумму в 130 млрд евро. Третий пакет помощи, выделенный уже после ухода Я. Варуфакиса и его замены на более сговорчивого министра, составил 86 млрд евро, 25 из которых стали резервом на случай капитализации банков.

Примечательно, что в рамках первых двух программ помощи лишь 10% от предоставленного объема финансовых ресурсов в итоге оказались в руках греческого государства. Парадоксальным образом значительная часть денег была использована для конвертации частного долга в государственный. Так, например, во время «стрижки» государственной задолженности в 100 млрд евро, находящейся в руках частных инвесторов, 34 млрд были потрачены на разного рода компенсации займодателям, после чего вся сумма трансформировалась в задолженность Афин перед тройкой кредиторов. Более того, 48,2 млрд евро были потрачены на спасение греческих частных банков, также пострадавших вследствие «стрижки». Однако вопреки здравому смыслу санированные банки не были помещены под контроль греческого государства: для управления ими создали Греческий фонд финансовой стабильности (HFSF), контролируемый тройкой кредиторов. Такой пример внедрения ЕС в правительственные структуры Греции не является единичным случаем: глава налогового департамента Министерства финансов Греции подотчетен «тройке», а не министру финансов, который даже не имеет полномочий его уволить.

Европейским СМИ удалось изобразить долговой кризис Греции как исключительную ошибку самих жителей Пелопонесского полуострова и прилегающих островов, прочно связав феномен «налогово-бюджетной бесхозяйственности» с жителями этой страны.

Я. Варуфакис объясняет необходимость введения мер жесткой экономии в «периферийных» странах еврозоны финансовыми интересами ведущих государств объединения. В начале 2010-х гг. риск потенциальных убытков в случае дефолта любой страны-должника был огромным — только три ведущих французских банка предоставили кредиты правительствам Италии, Испании и Португалии на 627 млрд евро, кредитный риск немецких банков в отношении Греции превысил 120 млрд евро. Так как ЕЦБ строго придерживается правила, согласно которому не принимает на свой баланс «безнадежные долги», лидеры ведущих европейских держав, и впоследствии ЕС в целом, сделали выбор в пользу мер жесткой экономии и избежания дефолта во что бы то ни стало. Такие меры внедрили не только в Греции. Испания, Ирландия, Португалия и другие страны также подверглись этой «терапии», но ни в одной из стран масштаб воздействия не доходил до греческого. В Ирландии сокращение дефицита бюджета составило около 9% национального дохода, в Испании — 6,8%, в Португалии — 5,4%, в Италии — 3%, в Германии — 2%. В то же время в Греции этот показатель достиг 18%. Как следствие, ее валовый внутренний продукт в период 2010-2015 гг. упал на треть, доходы домохозяйств — на 28%, государственная задолженность возросла с 127% к ВВП до 179% (см. График 1), уровень крайней нищеты достиг 15% населения.

График 1. Государственная задолженность и внешняя задолженность Греции 2008–2022 гг. Источник: МВФ.

resru2.jpg

Источник: МВФ.

Для достижения этой цели панъевропейские структуры не стеснялись ни трансформировать мандат международных организаций (прежде МВФ включала в аналогичные программы помощи «стрижку» долгов), ни вовлекать страны, причастность которых к греческому кризису была минимальной (согласно первой программе помощи, финансовые средства предоставлялись в рамках двусторонних кредитных договоренностей). Примечательно, что кредитные риски немецких банков в отношении греческой задолженности снизились с 123 до 1 млрд евро в период 2010–2012 гг., в то время как кредитные риски французских банков были фактически устранены посредством перепродажи государственных облигаций Греции на 64 млрд евро за полтора года — с сентября 2011 г. по декабрь 2012 г.

В современном мире все зависит от угла зрения, от правильной постановки вопроса, и европейским СМИ удалось изобразить долговой кризис Греции как исключительную ошибку самих жителей Пелопонесского полуострова и прилегающих островов, прочно связав феномен «налогово-бюджетной бесхозяйственности» с жителями этой страны. Обсуждение эффективности мер жесткой экономии было сведено к минимуму не только на площадках ведущих телевизионных каналов континентальной Европы, но и в пределах академического «мейнстрима». На этом фоне любая новость — рост количества самоубийств в Греции, массовая миграция за рубеж греков (только в период 2011–2015 гг. мигрировали около 300 тыс. человек, на данный момент показатель уже около 400 тыс.), рост государственной задолженности, несмотря на неоднократно афишированное «нащупывание дна», и вот-вот появляющееся за горизонтом экономическое восстановление — все это впредь вписывалось в общую канву «проблем ленивых греков», а действия панъевропейских властей критике не подвергались.

Искусство сотрясения воздуха

Я. Варуфакис также довольно убедительно развеивает миф о восстановлении греческой экономики перед приходом к власти партии «СИРИЗА». Невозможно себе представить «выздоравливающую» экономику, в которой вследствие падения ВВП беднеет не только государственная казна, но также домохозяйства и компании. В основе предположения о выздоровлении лежит тот факт, что с 2013 г. экспорт Греции превысил импорт, однако евроструктуры не хотели замечать, что это происходило на фоне масштабного падения платежеспособности населения. В сущности, в последний раз положительное торговое сальдо у Греции наблюдалось в 1943 г., когда страну оккупировали фашистские войска.

Списание задолженности, если верить Я. Варуфакису, являлось краеугольным камнем его стратегии по переговорам с тройкой кредиторов, тем необходимым элементом общей договоренности, без которого правительство А. Ципраса не было готово соглашаться на болезненные социально-экономические реформы. В ретроспективе утверждение Я. Варуфакиса о том, что в случае не включения положений об обязательном списании части греческой задолженности кредиторы «задушат» греческое правительство и не дадут ему развернуться, оказалось правдивым. До сих пор «тройка» не поставила подпись под всеобъемлющим планом реструктуризации долга, включающим в себя его частичное списание: согласно последней договоренности, это может произойти не раньше 2018 г. и только в случае воплощения в жизнь всех требуемых от греческого правительства реформ. Таким образом, в случае если «тройка» посчитает эффективность реализации реформ недостаточной, она может без последствий отказаться от списания.

Последующее развитие событий подтверждает правоту Я. Варуфакиса. Опубликованная МВФ в июле 2017 г. оценка экономического положения Греции гласит, что «амбициозный целевой показатель первичного бюджетного профицита в 3,5% <...> следует понизить до более устойчивого уровня в 1,5%», как и предлагал Я. Варуфакис в 2015 г., когда под давлением евроструктур и Берлина Афины недальновидно согласились на это обязательство. По словам автора мемуаров, эконометрические расчеты «тройки» подстраивались под политические цели. Он приводит наглядный пример: в расчетах «тройки» повышение НДС с 23% до 223% приводило к серьезному росту государственных доходов, в то время как в реальной жизни такая мера моментально провоцировала коллапс.

Без Берлина — ни шагу

Если «тройка» посчитает эффективность реализации реформ недостаточной, она может без последствий отказаться от списания.

Каковы были шансы Я. Варуфакиса на достижение поставленных целей? Автор рассказывает, что вступив в должность, он совместно с А. Ципрасом разработал программу из 5 пунктов, следуя которой надеялся на конец программы жестких мер и стимулирование роста греческой экономики:

1. Сдерживание ЕЦБ (в случае угрозы закрытия кредитных линий провести «стрижку» правительственных облигаций, купленных ЕЦБ в 2010-2011 гг.);

2. Разведение убытков греческих государственных и частных банков, передача банков под европейские системы санации;

3. Реструктуризация долга взамен на обещание закрепить необходимый первичный бюджетный профицит на уровне 1,5% в год;

4. Применение комплекса мер по предотвращению гуманитарного кризиса; 5. Придание сотрудничеству с евроструктурами устойчивого характера.

Я. Варуфакис намеревался в полной мере выплатить долговые обязательства перед МВФ (10% совокупного долга) и частными кредиторами (15%). В отношении долга перед ЕЦБ, возникшего до программ финансовой помощи, он предложил внедрить практику облигаций без срока погашения и фиксированной даты выкупа — их стоимость была бы аналогична долгу, однако процент по ним был бы приемлем для Афин. Для устранения задолженности, возникшей из-за программ финансовой помощи, Я. Варуфакис хотел выпустить 30-летние облигации, выплата по которым началась бы только после относительного восстановления экономики и процент доходности которых был бы связан с темпами роста экономики.

Состоявшийся 5 июля 2015 г. общенациональный референдум по финансовой политике, стал концом политической карьеры Я. Варуфакиса.

Вероятно, наибольший интерес представляет то обстоятельство, что с самого начала команда Я. Варуфакиса стала разрабатывать систему параллельных платежей, которая вступила бы в действие в случае выхода из еврозоны. По замыслу Я. Варуфакиса для всех работников государственного сектора, пенсионеров и лиц, получающих пособия от государства, правительство должно было разработать «умные карты», которые являлись бы удостоверениями личности, привязанными к конкретному налоговому счету. Предоставляя налоговые зачеты, государство смогло бы обойти банки и обеспечить значимую часть домохозяйств финансовыми ресурсами. Следует отметить, что Я. Варуфакис не указывает, как следовало поступать с работниками частного сектора. Изначально «умные карты» были бы деноминированы в евро, однако в случае выхода Греции из еврозоны, переконвертация в новую валюту не составила бы труда ввиду полной дигитализации транзакций.

Однако в итоге ни один из пяти пунктов не был окончательно реализован. Угрозы провести «стрижку» греческих облигаций в портфеле ЕЦБ оказались голословными, так как высшее руководство Греции придерживалось более умеренной позиции и не захотело идти на конфликт с Берлином. Единоличным решением А. Ципраса, принятым, как утверждает Я. Варуфакис, после переговоров с А. Меркель, необходимый порог первичного профицита был установлен на уровне 3,5%, а не 1,5% (ни одна страна в мире не добивалась таких показателей на протяжении целого десятилетия). Евроструктуры наотрез отказывались признавать наличие гуманитарного кризиса в Греции, и после ухода Я. Варуфакиса ряд мер по предоставлению субсидий и пособий бедным свернули.

График 2. Уровень безработицы, средний месячный доход домохозяйств и доля населения под угрозой нищеты в Греции 2008–2016 гг. Источник: Статистическое агентство Греции.

resru2.jpg

Источник: Статистическое агентство Греции.

Избежав дефолта в феврале 2015 г., на фоне обструкционистской позиции ЕЦБ и брюссельских структур, Греция объявила дефолт по платежам МВФ в конце июня 2015 г. Состоявшийся 5 июля 2015 г. общенациональный референдум по финансовой политике, в рамках которого население Греции отвергло (61,3%) условия «тройки» кредиторов, стал концом политической карьеры Я. Варуфакиса. Его наследником стал Э. Цакалотос, поставивший под давлением Берлина и Еврогруппы свою подпись под третьим пакетом финансовой помощи. Все противоречащие экономическому «мейнстриму» положения были доведены до конца — налоги (НДС, налог на прибыль предприятий) были повышены, пенсии урезаны, в то же время проблемам уклонения от налогов и всепоглощающей коррупции не уделили должного внимания. Наиболее красноречиво о неадекватной приоритизации реформ свидетельствует тот факт, что в период 2010-2015 гг. налоговая нагрузка на наиболее бедные слои населения выросла на 337% в результате отмены большинства социальных пособий и субсидий, в то время как нагрузка на наиболее богатые слои выросла лишь на 9%.

Варуфакис ушел, проблемы остались

Вера голосовавших за партию «СИРИЗА» греков в то, что с появлением новой политической силы может что-то измениться, была искренней. Тем более болезненно им придется воспринимать то обстоятельство, что в нынешнем его виде правительство А. Ципраса влилось в греческий мейнстрим. К примеру, было найдено относительное взаимопонимание с Центральным банком Греции, глава которого, Я. Стурнарас, назначенный на этот пост за несколько недель до ухода премьер-министра А. Самарасома, всячески способствовал оттоку средств со счетов в преддверии победы партии «СИРИЗА» на выборах. Я. Варуфакис, так и не вступивший в правящую партию и предлагавший либеральные экономические меры в период правления левых сил, оказался за бортом греческого истеблишмента.

Тем не менее «Взрослые в комнате» дает опустошительный вердикт политической культуре Греции, проблемы которой усугубились кризисом, так как ряд политических деятелей перестали ориентироваться на собственное правило. Й. Хулиаракис, будучи главой Совета экономических советников, пересылал написанные Еврокомиссией предложения в качестве своих собственных. Предшественник Я. Варуфакиса, Г. Хардувелис, даже забрал с собой оригиналы первого и второго соглашений о предоставлении финансовой помощи, не предоставив, согласно автору, никакой информации об этом при передаче дел.

Вера голосовавших за партию «СИРИЗА» греков в то, что с появлением новой политической силы может что-то измениться, была искренней.

Однако не следует во всем винить недоразвитость Греции. Если такая двойственность имеет место, значит, она кому-то нужна. Когда (уже бывший) министр финансов ФРГ В. Шойбле заявляет, что «непозволительно, чтобы выборы (в какой-либо стране) приводили к изменению общего экономического курса», возникают справедливые вопросы в том, кого вообще евроструктуры представляют. Я. Варуфакис проливает свет на действия брюссельской бюрократии — например, ему не позволялось рассылать свои предложения непосредственно финансовым министрам других стран – членов ЕС, в то же время перед заседаниями Еврогруппы не было никаких инструктивных совещаний, решения принимались заранее. К тому же всякий раз, когда третьи государства пытались инвестировать в греческую экономику (в книге описываются попытки со стороны Китая, России и Соединённых Штатов), им «советовали» не вмешиваться в дела на пространствах экономической «вотчины» Берлина.

Опасность таких книг заключается в том, что каждый в них увидит своё, не обращая внимание на общую преобладающую канву. Так, французские СМИ с удовольствием рассматривают поведение французских политиков во время греческого долгового кризиса (в конфиденциальной обстановке понимая суть проблемы, публично никогда не переча германскому экономическому диктату), однако бедственное положение Греции их интересует лишь косвенно. В зависимости от отношения к «Брекситу», британские СМИ видят в книге Я. Варуфакиса то сокрушительную критику функционирования ЕС, то доказательство того, что для формирования общеевропейской повестки следовало оставаться в Европейском союзе. Тем не менее подверженность разным интерпретациям ни в коей мере не умаляет достоинств написанного Я. Варуфакисом труда.

Всякий раз, когда третьи государства пытались инвестировать в греческую экономику (в книге описываются попытки со стороны Китая, России и Соединённых Штатов), им «советовали» не вмешиваться в дела на пространствах экономической «вотчины» Берлина.

При этом, книга Я. Варуфакиса имеет ряд недостатков. В первую очередь, повествование портит излишний пафос в изображении бед, постигших народ Греции. Я. Варуфакис также весьма редко относится самокритично к собственным предложениям, которые, хотя и в большинстве своем весьма предметны, порой носят популистский подтекст. Тем не менее «Взрослые в комнате» заслуживает всяческого внимания, являясь ценным свидетельством того, какими могут быть последствия профессиональной некомпетентности и политизации экономических вопросов. В диктуемой Берлином ставке на единственный правильный путь развития, когда признавать ошибки неприемлемо, населению Греции выпала доля выкарабкиваться из потерянного десятилетия, а может, и двух.


Оценить статью
(Голосов: 17, Рейтинг: 5)
 (17 голосов)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся