Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 138, Рейтинг: 4.45)
 (138 голосов)
Поделиться статьей
Сергей Соколов

Независимый эксперт в области политических отношений с ЕС и США

13 сентября Жан-Клод Юнкер выступил в Европейском парламенте с ежегодным отчетом о положении дел в ЕС. В докладе самого высокопоставленного евробюрократа дана оценка пути, пройденного экономическим и политическим объединением 28 государств за последние 12 месяцев, а также сформулированы предложения относительно стратегии развития блока.

Можно констатировать, что за 2016 г. Евросоюз почти полностью оправился от шока, который охватил его после референдума в Великобритании о выходе из ЕС. В настоящий момент именно Брюссель чувствует возможность выступать с позиции силы в переговорах с Лондоном об условиях цивилизованного «развода», а нервничать приходится британской стороне. Уверенность Брюсселя в жизнеспособности и привлекательности европейского интеграционного проекта выросла настолько, что Ж.-К. Юнкер позволил себе вновь заговорить о дальнейшем расширении ЕС.

Перспектива появления президента Европейского союза, единоличного и полноправного главы ЕС, вряд ли обрадует политические элиты многих государств-членов. Именно в этой части, касающейся внутреннего единства, солидарности и баланса между полномочиями наднациональных институтов Евросоюза и властью национальных правительств и парламентов, кроется самое слабое место интеграционного проекта.

Слухи о кончине Евросоюза, которые еще год назад активно распространяли евроскептики, в том числе и в России, оказались сильно преувеличенными, но в парусах интеграции, которые вновь наполнил ветер оптимизма, еще много дыр и прорех.


13 сентября 2017 г. председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер выступил в Европейском парламенте с ежегодным отчетом о положении дел в ЕС. В докладе самого высокопоставленного евробюрократа дана оценка пути, пройденного экономическим и политическим объединением 28 государств за последние 12 месяцев, а также сформулированы предложения относительно стратегии развития блока. Как принято при составлении подобных докладов во всем мире, достижения слегка (а иногда и сильно) преувеличиваются, картина местами приукрашивается, а проблемы и трудности либо замалчиваются, либо представляются в качестве «возможностей» для прогресса. Не стало исключением и выступление Ж.-К. Юнкера, что, впрочем, не сделало его менее интересным: в докладе прозвучал ряд довольно любопытных тезисов и выводов, да и сам перечень затронутых вопросов весьма наглядно иллюстрирует текущую повестку дня ЕС.

Среди достижений акцент в докладе был сделан прежде всего на торгово-экономической составляющей. Действительно, экономика основной части Евросоюза, ведомая германским локомотивом, с конца 2016 г. показывает темпы роста, которым позавидуют все ведущие страны мира, за исключением Китая. На ее фоне даже нарочито-оптимистичные цифры российского Минэкономразвития выглядят бледно. Это, однако, не помешало Ж.-К. Юнкеру немного слукавить: Греция по-прежнему тянет среднестатистические показатели вниз, да и в целом ряде государств — членов ЕС, не входящих в еврозону, экономическая ситуация не самая радужная. Что же касается близкого к историческому максимуму курса единой европейской валюты, на который с особой гордостью указал председатель Комиссии ЕС в качестве признака доброго здравия общего рынка, то, как известно, это палка о двух концах, поскольку не только удешевляет импорт, но и делает более дорогим экспорт.

В настоящий момент именно Брюссель чувствует возможность выступать с позиции силы в переговорах с Лондоном об условиях цивилизованного «развода», а нервничать приходится британской стороне.

Как бы то ни было, Европейский союз остается третьим по величине глобальным центром экономической мощи и продолжает развивать внешние торгово-экономические связи. Так, уже подписаны или готовятся соглашения о свободной торговле с Японией, Австралией и Новой Зеландией, через несколько дней вступает в силу соглашение о зоне свободной торговли с Канадой. Заявив под аплодисменты, что «ветер снова дует в паруса ЕС», Ж.-К. Юнкер, однако, аккуратно обошел тему критически возросшей неопределенности в торгово-экономическом режиме с США. Иррациональные действия администрации Д. Трампа и противоречивые сигналы, поступающие на этот счет из Вашингтона, не могут не вызывать тревогу в Брюсселе, поскольку в структуре внешней торговли Евросоюза на США приходится большая доля, чем на все перечисленные выше государства вместе взятые. В то же время председатель Еврокомиссии отреагировал на растущие опасения деловых и политических кругов ЕС в связи с наплывом китайских инвесторов в стратегические отрасли общеевропейской экономики, заявив, что впредь подобные инвестиции будут тщательно рассматриваться и обставляться множеством условий.

Любопытно, что в своем выступлении на английском, французском и немецком языках, продолжавшемся более часа, Ж.-К. Юнкер лишь однажды остановился на теме Brexit. Между тем именно здесь, как представляется, содержится самое убедительное свидетельство того, что европейский интеграционный проект куда больше жив, чем мертв. За 2016 г. Евросоюз почти полностью оправился от шока, который охватил его после референдума в Великобритании о выходе из ЕС. В настоящий момент именно Брюссель чувствует возможность выступать с позиции силы в переговорах с Лондоном об условиях цивилизованного «развода», а нервничать приходится британской стороне. Говоря о решении Соединенного Королевства выйти из состава ЕС 29 марта 2019 г., председатель Еврокомиссии сказал: «Мы всегда будем об этом сожалеть», а потом, оторвавшись от написанного текста, многозначительно добавил, «но и вы об этом скоро пожалеете, потому что “Брекзит” — еще не все и не конец всего. Мы не остановимся, а пойдем дальше». И здесь лукавства не было, поскольку в течение 40 с лишним лет на многих направлениях (в частности, в вопросах общей внешней и оборонной политики ЕС) именно Великобритания сдерживала углубление интеграции. Впрочем, Лондон конкретно в этом обмене символическими уколами как минимум не проиграл: практически синхронно с докладом Ж.-К. Юнкера Палата общин британского парламента одобрила во втором чтении билль о Brexit, предусматривающий отмену действующего в стране с 1972 г. общеевропейского законодательства.

Электоральные провалы евроскептиков, радикалов и популистов в ряде ключевых стран Европы, приход к власти во Франции сторонника евроинтеграции Э. Макрона и прогнозируемая победа партии ХДС во главе с канцлером А. Меркель на парламентских выборах в ФРГ 24 сентября создают новые предпосылки для укрепления франко-германского тандема как «пламенного мотора» ЕС. «Франция и Германия готовы возглавить перезапуск европейского проекта. Когда они найдут новый баланс между ответственностью и солидарностью, это станет примером для многих-многих других», — заявил накануне выступления Ж.-К. Юнкера бывший председатель Евросовета Херман Ван Ромпёй. Нынешний глава Еврокомиссии подхватил этот тезис в своем докладе, подчеркнув, что ЕС имеет сейчас «исторический шанс продемонстрировать готовность к большему сплочению», предупредив при этом, что это «окно возможностей не будет оставаться открытым бесконечно долго».

Каким бы ни была трудным партнером Анкара, разрыв с ней и изъятие «пряника» в виде потенциального членства в ЕС грозят обернуться серьезными проблемами для самого Евросоюза.

За 2016 г. уверенность Брюсселя в жизнеспособности и привлекательности европейского интеграционного проекта выросла настолько, что Ж.-К. Юнкер позволил себе вновь заговорить о дальнейшем расширении ЕС, раздавая авансы одним и открыто угрожая снять с пробега других. Объединенная Европа, по его словам, должна предложить «реальную» перспективу членства странам в западной части Балкан, а также принять Румынию и Болгарию, а в перспективе и Хорватию, в Шенген. Одновременно он заявил, что, «поскольку в Европейском союзе приоритетами являются верховенство закона, справедливость и основополагающие права человека», вступление Турции в ЕС «в обозримой перспективе исключается». Вообще Турции крепко досталось: глава Еврокомиссии не только потребовал освободить брошенных в тюрьмы журналистов и прекратить другие нарушения прав человека, но и «перестать называть европейских лидеров фашистами и нацистами». Последний тезис был встречен овациями — судя по всему, зажигательная риторика Анкары в последнее время сильно задевает за живое руководство Евросоюза и государств — членов, которые так ратуют за свободу слова и равенство мнений.

Следует отметить, что столь резкий и публичный перевод Турции в разряд государств, враждебных европейскому интеграционном проекту, представляется смелым, но опрометчивым ходом. Каким бы ни была трудным партнером Анкара, разрыв с ней и изъятие «пряника» в виде потенциального членства в ЕС грозят обернуться серьезными проблемами для самого Евросоюза. У части огромной турецкой диаспоры в Европейском союзе позиция официальной Анкары по ряду вопросов находит живой отклик. Вряд ли активизация — и радикализация — этнических турок будет способствовать сохранению общественной и межконфессиональной стабильности в Европе и прогрессу интеграции в целом.

Кроме того, Евросоюзу крайне необходимо сотрудничество властей Турции в деле борьбы с нелегальной миграцией. До сих пор Анкара выполняла условия сделки с ЕС, задерживая мигрантов, рвущихся в Европу, в обмен на финансовую помощь и перспективу членства в Европейском союзе. Отказ Европы от выполнения хотя бы одного из этих двух обязательств вполне может побудить Турцию перестать играть роль «санитарного кордона». Сам Ж.-К. Юнкер признал проблему нелегальной миграции, хотя и сосредоточился на не вполне очевидных «позитивных» моментах. По его словам, внешние границы ЕС сегодня охраняются-де лучше, а Италия проявляет похвальное терпение и «щедрость», принимая нелегальных мигрантов из Африки. В то же время он отметил необходимость продолжить работу над открытием «легальных» путей для беженцев из Африки в Европу, положить конец «позорным» условиям, которым они подвергаются в Ливии, и больше инвестировать в Африку, чтобы ослабить первопричины массового переселения оттуда людей. Как представляется, расплывчатость подобных призывов в сочетании с резко отрицательным отношением ряда государств — членов ЕС к наплыву нелегальных мигрантов свидетельствуют о том, что у Евросоюза по-прежнему нет единого и жизнеспособного ответа на этот внешний вызов.

Основное внимание в своем докладе Ж.-К. Юнкер уделил будущему ЕС после Brexit, выступив с призывом строить «более единую, сильную и демократичную Европу», со 100%-ным членством в Шенгене, банковском и валютном союзах. Путь к этой светлой цели, по его словам, лежит через проведение реформ, направленных на установление «равенства на уровне государств-членов, работников и потребителей». В этом контексте с прицелом на первый саммит ЕС после Brexit, который состоится в Румынии 30 марта 2019 г., он выдвинул два интересных предложения — создать пост единого министра финансов в интересах укрепления еврозоны и объединить институты председателя Еврокомиссии и председателя Европейского Совета. После выхода Великобритании из состава ЕС первая инициатива не должна встретить принципиальных возражений, поскольку нынешние государства – члены, остающиеся за пределами еврозоны, декларируют стремление в нее вступить, дело лишь в их экономической и институциональной готовности.

Перспектива появления полноценного «президента Европейского союза», вряд ли обрадует политические элиты многих государств-членов.

Что же касается объединения постов двух председателей, то сколь бы ни было очевидным его рациональное зерно для стороннего наблюдателя, перспектива появления полноценного «президента Европейского союза», единоличного и полноправного главы ЕС, избираемого прямым всеевропейским голосованием, вряд ли обрадует политические элиты многих государств-членов — как старожилов интеграции, так и новичков. Премьер-министр Дании немедленно отреагировал на это предложение в своем аккаунте в Твиттере, заметив, что оно потребует внесения изменений в основополагающие документы о создании и функционировании ЕС, чего нужно «обязательно» избежать. Он подчеркнул важность сохранения института председателя Европейского совета отдельно от наднациональной исполнительной инстанции (Еврокомиссии) в качестве выразителя воли государств-членов, а не интеграции в целом.

Именно в этой части, касающейся внутреннего единства, солидарности и баланса между полномочиями наднациональных институтов Евросоюза и властью национальных правительств и парламентов, кроется самое слабое место интеграционного проекта. Как бы ни старался Ж.-К. Юнкер перевести обострившиеся в последние годы дискуссии на данную тему в плоскость «вызовов, которые нужно превратить в новые возможности для развития», факт остается фактом: даже после выхода британцев, которые всю дорогу противились передаче своего суверенитета брюссельским бюрократам, среди оставшихся государств — членов останется немало тех, кто будет готов подхватить это знамя. Знаменательно, что сам глава Еврокомиссии в своем выступлении не преминул едко напомнить этим государствам, что верховная юрисдикция в ЕС принадлежит Европейскому Суду, и следование решениям этой наднациональной судебной инстанции является обязательным, без каких-либо исключений. Этот выпад не останется незамеченным в Польше, Словакии, Венгрии и Румынии, которые в последнее время регулярно конфликтуют с Судом и Комиссией. Тем не менее можно с высокой долей вероятности предположить, что эти «младоевропейцы», а также (по отдельным вопросам) некоторые старожилы ЕС не откажутся от попыток восстановить нарушенный, как они считают, баланс полномочий между наднациональными институтами и властью на местах.

Это, в свою очередь, означает, что европейская интеграционная машина хоть и возобновила движение вперед после британской остановки, будет продолжать пробуксовывать, «постреливать», двигаться рывками, а временами идти юзом. Да, слухи о кончине Евросоюза, которые еще год назад активно распространяли евроскептики (в том числе и в России), оказались сильно преувеличенными, но в парусах интеграции, которые вновь наполнил ветер оптимизма, еще много дыр и прорех.


Оценить статью
(Голосов: 138, Рейтинг: 4.45)
 (138 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся